Видный осетинский поэт прожил яркую жизнь, оставив большое литературное наследие. О его жизни и творчестве писали друзья и коллеги по цеху.

13 марта 1926 года в селе Мсхлеб Южной Осетии родился Иван Лазаревич Цховребов. Свое детство поэт описывал так: «Поэзия для меня началась даже раньше первых выученных мною слов – тогда, когда я впервые осознанным взглядом увидел снежные, обступившие меня, маленького, со всех сторон вершины Кавказа. Выше вершин этих могло быть только небо. Мне казалось, что я живу не в ущелье Джава, а на дне неба. Так на всю жизнь и осталось у меня – мир состоит из земли и неба. И это небо – свое, земное, близкое».

После окончания средней школы Иван Цховребов учился на факультете русского языка и литературы в педагогическом институте в Цхинвале. С 1949 по 1955 годы работал заведующим отделом Юго-Осетинского отделения Союза писателей и ответственным секретарем в журнале «Фидиуаг».

Образование завершил в Литературном институте им. Горького и на высших литературных курсах при Союзе писателей СССР.

Писатель Николай Соколов, который учился в одно время с Иваном Цховребовым, в предисловии к книге «Ровесник гор» (1962 г.) так вспоминал свое первое впечатление о Цховребове: «С осетинским поэтом Иваном Цховребовым я познакомился несколько лет назад, во время совместной учебы на литературных курсах. Крупный, темноволосый, смуглый, несколько медлительный в движениях мужчина лет тридцати, с правильными чертами лица и живыми блестящими глазами, – таким представился нам этот истинный сын гор. Он внимательно слушал лекции, неторопливо прогуливался по коридорам и садику «Дома Герцена», вступал в беседы с товарищами… Мы знали, что у Ивана больное сердце и ему нельзя волноваться. Однако как только речь заходила о родном крае или поэзии, как только Цховребов сталкивался с проявлениями доброго или дурного, он забывал врачебные предписания, и долго сдерживаемая осетинская страстность прорывалась наружу…»

Первый поэтический сборник Цховребова «Красная звезда» был издан в 1950 году. Его перу также принадлежат книги стихов и поэм: «Фыдыбаста», «Растагай тыхджындар», «По пути счастья», «Дружба», «Молодость мира», «Человек поет», «Слово сердца», «Ровесник гор», «Улыбка друга», «Горец», «Облака и корни», «Башни», «Стихи», «Пока не поздно», «Эхо времени», «Отечество», «Тайна сердца» и многие другие. Иван Цховребов писал на осетинском языке. Но его сборники многократно издавались в переводе на русский язык.

«Отца вдохновляла жизнь во всем ее многообразии. На улице хорошая погода, солнце. Он приходил и начинал писать. Природа, красивые люди, политика давали темы для новых произведений», – вспоминает сын поэта Роланд Цховребов.

Иван Цховребов был очень общительным, его всегда окружало много друзей. И ради них он был готов на все.

«Однажды к отцу в Цхинвал приехал его друг из Абхазии. На тот момент в семье не было денег. Отец взял в долг, купил коня и подарил своему другу», – делится Роланд Цховребов.

В 26 лет – в 1952 году – Иван Цховребов стал членом Союза писателей СССР. С тех пор жил и работал в Москве. Там дружил со многими талантливыми поэтами и писателями Советского Союза. Цховребов любил повторять слова Шота Руставели: «Кто себе друзей не ищет – самому себе он враг».

Поэт, прозаик, критик, переводчик Владимир Цыбин (большую часть стихов Ивана Цховребова на русский язык перевел именно он) так характеризовал своего друга: «У осетинского поэта Ивана Цховребова свой творческий путь утверждения жизненной правды, своя «автобиография» сердца. Уже в первом своем сборнике стихов «Красная звезда», вышедшем в Осетии в 1950 году, Иван Цховребов определил ведущие темы своего творчества, тему родной своей вершинной земли и тему познания. Вот почему он становится певцом несгибаемого мужества и верности».

Советский писатель, заслуженный деятель искусств РСФСР Сергей Михалков писал в предисловии к книге Ивана Цховребова «Пока не поздно» (1995 г.):

«Я приветствую сам факт появления этой мужественной книги моего давнего друга Ивана Цховребова, в которой мой брат-осетин более честен и прям в своих поэтических суждениях – и о трагических моментах минувшей войны, и о доблести солдата российского, и о неприкрытой фальши и очернительстве сегодняшних политиканов – чем некоторые русские псевдопатриоты, трусливо открещивающиеся ныне от всего прошлого в угоду Запада: как от своего многострадального терпеливого народа-труженика, так и от самого Отечества, с его победами, радостями и бедами в целом».

Через все поэтические сборники Цховребова красной нитью проходит любовь к Родине. Поэт воспевает красоту Осетии, доблесть защитников отечества.

Иван Лазаревич говорил о своей поэзии: «Между вершинами моей родной Осетии и площадями, и улицами Москвы пролегла моя духовная, лирическая дорога. Эти две «точки» моей жизни – точки моей жизненной амплитуды».

Поэзия с национальным колоритом – так характеризовали поэзию московского горца советские писатели. Критик, профессор, председатель правления Союза писателей России Владимир Гусев говорил о Цховребове: «Человек, который одновременно и горец, и москвич – это сочетание особое, и оно дает определенный колорит поэзии. Горец всегда остается горцем, и это видно по поэзии Ивана Цховребова».

Поэт, литературовед, народный писатель Осетии Нафи Джусойты, говоря о поэзии Цховребова, отмечал: «Самая важная стилистическая особенность – это, по Пушкину, благородная простота».

Сопредседатель Союза писателей Осетии Мелитон Казиты вспоминает: «Я пока познакомился с творчеством Ивана Цховребова, а потом с ним самим.

Иван был очень добрым, отзывчивым. Не было такого человека, который обратился бы к нему за помощью (по любому вопросу), и остался бы неуслышанным. Такие люди остаются в памяти народа надолго. А если такой человек еще и пишет стихи, и прославляет в них Осетию, в том числе и за ее пределами, то его заслуги перед Родиной увеличиваются в двукратном размере».

Помимо занятий творческим процессом, Иван Цховребов более тридцати лет своей жизни отдал работе на киностудии «Мосфильм». Был начальником типографии. На «Мосфильме» – там, где переплетается жизнь и кино – он также черпал свое вдохновение.

Последний раз при жизни поэта его стихи были опубликованы в документальном сборнике «Цхинвал: хроника грузинской агрессии» (2008 г.).

Выдающемуся осетинскому поэту Ивану Цховребову 13 марта исполнилось бы 100 лет. О любимом деде вспоминает Ольга Цховребова:
«Осетин до мозга костей. Так можно охарактеризовать моего дедушку Ивана Цховребова в двух словах. Несмотря на то, что большую часть жизни он провел в Москве, до последнего дня разговаривал и писал стихи на осетинском. Зачастую – в пожилом возрасте – с людьми другой национальности непроизвольно начинал диалог на родном языке. Часто мне приходилось ему напоминать: «Дедушка он (она) не понимает по-осетински». «Ах, да! Я забыл», – отвечал дедушка.

Он был невероятно творческий человек. В каждом явлении, в каждом предмете он видел поэтические образы. Его могло вдохновить на создание нового произведения любое событие. Женщины занимали особое место в творчестве поэта. Он воспевал красоту представительниц прекрасного пола, воспевал и любовь к матери. Не оставляла равнодушным поэта и политика. Воспитанный в традициях Советского Союза, он был ярым поклонником Сталина.

Дедушка ратовал за дружбу народов. Однако не чужд ему был и здоровый патриотизм. Он четко разграничивал Осетию (и осетин) и весь остальной мир».

Иван Цховребов дружил и общался со многими известными писателями и поэтами Советского Союза. Немало интересных историй рассказывал он нам…

Некоторые запомнились особо. Как-то во время застолья писателей поэтесса Белла Ахмадулина с сарказмом и намеком на шутку спросила у дедушки: «Иван Лазаревич, а почему в произведениях Лермонтова все осетины извозчики?» Дедушка не растерялся: «Белла Ахатовна, я не знаю, что там у Лермонтова. Но точно знаю, что в Москве до сих пор почему-то все дворники татары». После такого ответа многонациональный состав сидевших за праздничным столом разразился хохотом. Белла Ахмадулина явно пожалела о своей шутке.

Часто дедушка водил нас с братом на киностудию «Мосфильм». Он работал там более тридцати лет начальником типографии. И когда уже был на пенсии, устраивал нам экскурсии. Именно тогда мне полюбился этот сказочный киношный мир. На «Мосфильме» дедушка был своим. Когда мы шли по коридорам киностудии, нас останавливали на каждом шагу. Дедушке искренне радовались, справлялись о его здоровье и, конечно же, спрашивали о нас.

А еще мне – маленькой девочке – очень льстило, что на втором этаже главного здания киностудии «Мосфильм» – на доске почета – висела (и висит до сих пор) фотография моего деда. Став уже взрослой, и работая на телевидении (наша программа находилась на «Мосфильме»), я часто поднималась на второй этаж посмотреть на фото дедушки.

Дедушка горячо любил родной край. Постоянно рассказывал московским друзьям об Осетии, о том, как там замечательно и какие прекрасные люди там живут. Активно общался мой дедушка и с московскими осетинами, и с теми, кто приезжал из Осетии в Москву ненадолго. Я очень часто встречаю людей, которые мне говорят, что были в Москве в гостях у моего дедушки. И этих людей очень много. Иногда я задумываюсь: «Когда же он успевал принимать у себя столько гостей?» Пока дедушка работал на «Мосфильме», очень многие из Южной Осетии останавливались в гостинице киностудии. Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что он был своего рода «проводником» осетин в российскую столицу. Помогал каждому.

Войну 2008 года в Южной Осетии дедушка переживал тяжело. Написал стихотворения, продиктованные болью за свой народ. В феврале 2009 года Ивана Цховребова не стало. Но еще при жизни он любил повторять: «Я не умру. Пока будут жить мои стихи, буду жить и я…»

Иван ЦХОВРЕБОВ
(Перевод Вл. Цыбина)

Фото: Иван Цховребов. Из личного архива семьи Цховребовых

«… Я старался писать не о себе, а о своем,

старался высказать до конца память сердца.

Когда мне это в какой-то мере удавалось, я был счастлив».

И.Л. Цховребов

…..

Мое сердце в Осетии
Я на время не сетую,
Полночь в небе плывет.
А в далекой Осетии
мое сердце живет.

Снова тонкой тростинкою
я под ветром дрожу.
И знакомой тропинкою
я по детству брожу.

Меня птицы запомнили.
Я – пастух на лугах.
Здесь олени знакомые
носят ночь на рогах…

Часто мне вспоминается,
как в Осетии жил,
где орех наливается
И краснеет кизил…

Дед Коко пересказывал
были нартские мне.
А над черными скалами
плыл орел в вышине…
Эти годы неблизкие
вдруг становятся в ряд,
водопадными брызгами
мне на плечи летят…

Небо зимнее, серое,
крепкий русский мороз.
Но тепло из Осетии
Я на Север привез…

Ды поэзи дæ
О номдзыд, райгуырæн Ирыстон,
Ды мын – зæрин хурау зынаргъ.
Дæ кадыл ног дуджы ныффыстон
Мæ зарæг – ме стырдæр лæвар!

Дæ хъæздыг быдыртыл, дæ хæхтыл
Æрзылдтæн амондджынæй æз.
Фæцин кодтон дæуæн дæ рæзтыл.
Мæ риуы дарын æз дæ хуыз…

Фæлæ цы ныффыстон, цы зæгъон?..
Бæрзонд цæмæй дарон мæ сæр?!.
О, ды поэзии дæ æгæрон,
Ды дæ æмдзæвгæты хуыздæр!