/Непобедимые

Непобедимые

Президент Республики Южная Осетия Анатолий Бибилов
отвечает на вопросы «Завтра»

«Завтра»: Прежде всего, уважаемый Анатолий Ильич, хочется поблагодарить Вас за то, что Вы уделили свое время для интервью нашей газете, и поздравить Вас с прошедшим 2 августа Днем ВДВ – ведь бывших десантников не бывает…
Анатолий Бибилов: Спасибо.
«Завтра»: Первый вопрос к Вам: не только Президенту республики, но и ветерану боевых действий в августе 2008 года, получившему ранения, – какое место в идеологии Южной Осетии занимает победное отражение грузинской агрессии?
Анатолий Бибилов: Начну с того, что южная часть Осетии, хотя и была при советской власти включена в состав Грузинской ССР, сама себя частью Грузии никогда не считала. У нас на протяжении всей нашей истории не было с Грузией таких связей духовных, исторических, политических, географических, территориальных, которые позволяли бы нам считать себя органической частью Грузии. Осетины и грузины – это разные этносы, с разным языком, разным менталитетом, разной культурой, разной историей, разным мировоззрением. В рамках СССР такая разность не носила характера какого-то антагонистического противостояния, мы жили более-менее мирно, хотя периодически, почти каждые 10-15 лет, здесь у нас были волнения. Уже в 30-х годах ХХ века были такие волнения, их инициаторами были студенты, которые выступили с требованиями вхождения Южной Осетии в состав РСФСР и объединения с Северной Осетией. Их тогда всех осудили, дали им от 10 до 25 лет, и после этого волнения не раз возникали, но их особо не афишировали, как и те причины, по которым они возникали. Но какие-то меры предпринимались конечно, чтобы устранить поводы для волнений – и те сходили на нет. Были браки между грузинами и осетинами, смешанные семьи были, более-менее нормально отношения строились, хотя и не без мягкого давления со стороны властей Грузинской ССР. Ведь дружба народов считалась одним из краеугольных камней советского государства и коммунистической идеологии. Дружбы особой у нас не было, но и вражды – тоже.
Первое обострение наших отношений с грузинской стороной датируется 1989 годом. Тогда к власти в Тбилиси пришли националисты во главе со Звиадом Гамсахурдиа, которые стали не только заявлять, что негрузинское население надо силой изгонять с грузинской территории, но и предприняли практические действия с этой целью. А когда они упразднили нашу автономию, осетинам надо было решать, что делать дальше и к чему стремиться. Наш народ отказался быть под властью националистической Грузии.
19 января 1992 года был проведен референдум, где при явке в 96,9% – 99,91% проголосовавших избирателей изъявили желание войти в состав Российской Федерации. К сожалению, в связи с развалом СССР и со слабостью самой России, итоги этого референдума никто не принял и не признал, но в любом случае народ Южной Осетии тогда выразил свою волю и подтвердил стремление к независимости от Грузии, к сохранению осетин как единого народа.
В истории, разумеется, бывают и противоположные примеры. Например, когда-то украинцы и белорусы были одним народом, этносом с русскими, а потом их исторические пути разошлись. Разное развитие мы видим у северной и южной частей Кореи, где один народ вот уже почти 70 лет находится в состоянии войны! У одних развитие идет в одну сторону, у других – в другую.
Мы же не хотим расходиться со своими единокровными братьями, рушить наше историческое единство, которое существует минимум полторы-две тысячи лет.

И даже если бы сегодня все проблемы в отношениях с Грузией каким-то чудом были бы решены, на наш выбор это не повлияло бы. Поэтому я, как и большинство моих соотечественников, считаю объединение осетинского народа и его развитие в том векторе, в котором мы все живем: в фарватере России и в векторе Российской Федерации, – нашей главной политической задачей. «Быть вместе с Россией!» – это не просто красивый лозунг, а наш исторический выбор. Сегодня, после отражения грузинской агрессии, Россия является гарантом нашей безопасности. Этот контур безопасности уже оформлен, он существует и успешно развивается больше десяти лет. Конечно, многие пытаются говорить о том, что, раз Южная Осетия – независимое государство, то и должна оставаться независимой ни от кого, и т.д. Но ведь всем понятно, что наша республика, с ее пятидесятитысячным населением, не имела шансов на полностью самостоятельное, независимое существование, да и сейчас она по определению не может существовать сама по себе. И нам всегда было понятно, что единственным направлением для развития и вообще существования Южной Осетии является союз с Россией, поскольку северная и большая часть Осетии, с населением почти в 700 тысяч человек, находится в составе Российской Федерации на правах полноправного субъекта, и нам тоже логично находиться там, а не в числе разделённых народов мира.
«Завтра»: А какими Вы видите дальнейшие отношения с Грузией?
Анатолий Бибилов: Сейчас у нас нет отношений на каком-то официальном уровне – это страна, которая открыто напала на нас и фактически осуществляла геноцид осетинского народа. Поэтому без признания факта геноцида, без подписания меморандума об этом и соглашения о взаимном неприменении силы, без признания независимости нашей республики, нам говорить больше не о чем. Именно эту позицию мы отстаиваем в ходе дискуссий, которые ведутся в Женеве. Но сегодня я не вижу в Грузии политиков, которые могли бы это сделать, — для этого у них нет политического и личного мужества. Тем более, что Грузия давно находится под внешним управлением США, даже особо не скрывая этот факт. Мы к данной ситуации относимся в целом спокойно, хотя не понимаем, зачем народу Грузии нужна милитаризация страны, постоянные военные манёвры в Закавказье, американские биологические и биохимические лаборатории на своей территории и так далее.
«Завтра»: Есть ли перспективы дальнейшего международного признания независимости Южной Осетии?
Анатолий Бибилов: Суверенитет Южной Осетии, как вы знаете, признали уже несколько стран мира, и здесь мы никуда не спешим, в этом направлении ведутся переговоры со многими странами, огромную поддержку нам оказывают российские дипломаты, и я думаю, что мы еще увидим не одно, а несколько признаний со стороны государств, которые входят в ООН. И когда мы заявляем о переговорах с какой-либо страной, сразу возникают препятствия, повышается давление на эту страну со стороны США и их союзников, Грузия начинает писать ноты протеста и так далее, поэтому мы работаем тихо, спокойно, и уверены, что наши действия, в конце концов, принесут нужный результат.
Недавно я посетил с официальным визитом Никарагуа – эта латиноамериканская страна первой после России признала нашу независимость, и народ Южной Осетии безмерно благодарен президенту Даниэлю Ортеге и всему никарагуанскому народу за принятое ими мужественное и очень нужное для нас решение, которое только добавило им проблем в отношениях с Соединенными Штатами, а также с множеством их союзников и вассалов. Но Даниэль Ортега и его соратники-сандинисты не хотят мириться с гегемонией США и смело отстаивают свои национальные интересы.
«Завтра»: Как у вас строится экономика, каков уровень экономического развития, какие проблемы экономики, какая экономическая политика?

Анатолий Бибилов: Что касается экономики, то главное, что к нам стали приходить инвесторы, и не только из России. Например, скоро наш министр экономического развития вылетает в Сирию, где будет подписан ряд соглашений в сфере экономики. Достигнута договоренность с Крымом о производстве и разведении виноградарства и виноделия, уже мы производим и поставляем в Россию вино, причем очень качественное, частные инвесторы уже вкладываются в развитие садоводства, особенно яблок, высажены уже десятки гектаров, и эти площади будут увеличиваться, идут инвестиции в мясопереработку, производство минеральной воды, огромную помощь в осуществлении необходимых инфраструктурных проектов оказывают нам российские власти. В целом, конечно, экономика Южной Осетии нуждается в оживлении, уровень доходов населения нашей республики невысок, но мы не унываем, работаем и знаем, чего хотим добиться.
«Завтра»: Анатолий Ильич, что для Вас лично стало откровением, когда Вы защищали свою родную землю и видели весь ужас, творящийся вокруг, какой личный опыт Вы вынесли из пережитого и увиденного?
Анатолий Бибилов: Я сейчас скажу, и вы поймете, какое тогда было у меня состояние души. Мои дети в момент грузинского вторжения находились в двухстах метрах от линии фронта, в подвале дома моего тестя, и в любой момент могли оказаться в руках врага. Бои шли как раз по этой улице, и я думаю, что в похожей ситуации были все защитники Цхинвала. Мы защищали свои дома, своих близких, своих детей и внуков, свое будущее и могилы своих предков. Вот что все мы ощущали, и эти чувства были абсолютно у всех защитников города и республики. И, конечно же, были отвращение и гнев по отношению к агрессорам, поэтому даже если бы Россия не смогла прийти к нам на помощь, никто бы не позволил, чтобы они хозяйничали здесь, на нашей земле, в наших домах. Если в дом к тебе зайдет грабитель с оружием, ты не можешь делать вид, что этого не случилось: ты будешь или прятаться, или бежать, или защищаться. Мы, осетины, находясь у себя дома, не захотели ни прятаться, ни бежать – мы стали защищаться. Мы бы вели партизанскую борьбу, но не стали бы рабами или изгнанниками. А то, что на Западе утверждают, будто Россия знала о планах Саакашвили, что ее войска были здесь уже 7 августа, – это полная ерунда.
Грузинская агрессия стала катализатором нашего единства.
«Завтра»: В каком состоянии сегодня находятся вооруженные силы республики, какое место в ее жизни они занимают? Какая техника имеется на вооружении, есть ли авиация?
Анатолий Бибилов: Без сомнения, наши вооруженные силы являются фундаментом обороноспособности Республики Южная Осетия. Хотя многие говорили, что у нас армии больше нет, это не так – она, конечно же, есть. Есть тяжелая техника, артиллерия, легкие бронемашины. А боевой авиации у нас нет, это неподъемная для республики ноша, и в защите нашего воздушного пространства мы целиком полагаемся на Россию. В целом на том уровне, который есть, наша армия достаточно эффективна и готова решать стоящие перед ней задачи.
«Завтра»: А есть ли у вас всеобщая воинская обязанность?
Анатолий Бибилов: Да, всеобщая воинская обязанность у нас есть, до этого года к исполнению этой законодательной нормы подходили выборочно, но сейчас министру обороны уже поставлена задача, чтобы все, кто должен быть призван в армию по своему возрасту, проходили срочную военную службу. Если человек в армии не служил, его ни в одну силовую структуру назначать не будут.
«Завтра»: Еще один вопрос в завершение собственно военной темы. Теперь уже не секрет, что американцы рассматривают Грузию в качестве потенциального плацдарма для войны против Ирана. И для этого они делают глубоководный порт в Анаклии, усиливают военную инфраструктуру… Получается, что у вас с Ираном, помимо общих индоевропейских корней, имеется еще и общий враг в лице США. Есть ли у вас какое-либо взаимодействие с Исламской Республикой?
Анатолий Бибилов: К сожалению, какого-либо официального представительства или представителя в Иране у нас пока нет, но положительная динамика в этом направлении существует, после первого интервью, данного мною для иранских СМИ, начались переговоры на дипломатическом уровне, была реакция министра иностранных дел ИРИ, возможна встреча в декабре месяце. Это серьезный задел для дальнейшего развития отношений между нашими странами.
«Завтра»: Довелось побывать в прекрасном новом драматическом театре, в замечательном музее, в центре города стоит памятник знаменитому литератору и художнику Коста Хетагурову, такое отношение к культуре не может не радовать. Какую роль культура играет в идеологии республики, в самоидентификации осетинского народа?
Анатолий Бибилов: Культуре мы уделяем особое внимание. Вы уже назвали театр и музей. Но это – лишь большие вершины. Сегодня во всех наших школах есть ансамбли народной музыки и танцев, есть дворцы детского творчества, есть новый университет, также со своим музеем, есть много памятников архитектуры в горах. Внимание к национальной культуре, к её развитию – это, несомненно, важнейшее дело для нашей республики. Недаром же говорят: если ты хочешь уничтожить народ – убей его культуру.
Самоидентификация нашего этноса невозможна без традиционной нравственности, без знания своей истории от глубины веков до современности. Почему мы стали называть себя осетинами? Кто наши предки? Ведь если мы забудем, кто мы и откуда, то не сможем понять, куда идем. Аланы – наши предки, скифы – наши предки, у нас есть Нартский эпос, есть дохристианские традиции нашего народа и есть неотъемлемая духовная сила Православия. Они не противоречат друг другу. Если взять христианскую веру и древние традиции, можно найти немало общего – например, у нас на праздничном столе всегда есть три пирога и голова жертвенного животного. А если посмотреть на известную картину, изображающую Тайную Вечерю, там тоже есть три хлеба и голова жертвенного агнца. Неразрывность нашей истории проявляется вплоть до нынешних дней.
Сейчас мы делаем большой общий мемориальный комплекс тем, кто пал смертью храбрых, защищая нашу независимость. Его центром будет памятник двум солдатам: прототипом русского мы взяли Героя России Дениса Васильевича Ветчинова, у нас его бюст стоит в городе, а прототипом осетинского стал геройски погибший «афганец» Влад Джиоев, по прозвищу «Басмач». Так символически будет утвержден и выбор нашего народа – быть вместе с Россией.
«Завтра»: Анатолий Ильич, огромное Вам спасибо за эту беседу!

Василий ПРОХАНОВ