/Важно, чтоб актеры и зрители составляли единое целое

Важно, чтоб актеры и зрители составляли единое целое

Интервью с директором Юго-Осетинского драматического театра Филиппом Каджаевым

Одна из проблем современного общества — дефицит общечеловеческой культуры, установленных норм и правил поведения в общественных местах — концертах, спектаклях и других подобных встречах. Речь пойдет о театре, где есть свои строго чтимые правила поведения, которые характеризуют зрителя, говорят об уровне его культуры, понимании искусства. И здесь есть над чем призадуматься, ибо культура поведения определенной части аудитории на различных мероприятиях оставляет желать лучшего. Потому и сказать об этом хочется вслух. Тем более Вы сам не раз с досадой и сожалением отмечали низкий уровень культуры молодежной зрительской аудитории, и не только…

— Я часто задаюсь этим вопросом… Ведь культура поведения человека говорит о многом, если не о самом главном. Часто провожу параллели, как было лет 25-30 тому назад и какова ситуация сегодня.

В те времена я был актером театра. Какое-то время довелось поработать и директором театра. Хорошо помню нашего зрителя. Люди шли в театр как на праздник. Придя с работы в 6 часов, они готовились в Храм Мельпомены. Одевали лучшую одежду, — ведь поход в театр был важным событием в их жизни. Собственно, в странах с высокой культурой театр в жизни людей всегда занимал и занимает особое место.

Сегодня очень важно, чтобы актеры и зрители составляли единое целое — актеры играли свою роль, а зритель поддерживал их своим чутким присутствием, своим дыханием… понимая, как непросто быть актером. Именно такая атмосфера царила в те годы в зале, такие отношения складывались по велению души и сердца. И это было залогом актерского успеха.

Заядлые театралы ходили на спектакли каждый день. Актеры часто шутили: «Если наши завсегдатаи в зале, можно начинать спектакль».

Бывало, что пламенные поклонники театра, настоящие фанаты, ездили и в гастрольные поездки, поддерживали актерский коллектив, — и духовно, и морально. Мы часто видели цхинвальских зрителей и на своих спектаклях в Северной Осетии. Я помню большого нашего поклонника Ясона Тибилова, водителя рейсового автобуса. Этот человек, узнав про гастроли во Владикавказ, настоятельно просил руководство автотранспортного предприятия, где он работал, предоставить ему рейс. Вот таким было отношение зрителя к театру, к актерам… Сегодня, к большому сожалению, картина совсем другая.

Зритель очень разный сегодня, — одни приходят в театр действительно на спектакль. Но есть немало людей, которые приходят в театр, не понимая, куда пришли и зачем. Они на сцену только изредка кидают взгляд, а в основном же увлечены мобильными телефонами, разговорами. Эту аудиторию, большей частью, составляют молодые люди, для которых театр, надо полагать, место для праздных бесед. Многие из них приходят в шортах и тапочках, ярких футболках и т.д. А иные и вовсе после обильного застолья… Эти люди очень мешают игре актеров и театральному зрителю.

К счастью, основной наш зритель — это истинный поклонник театра — профессионал или большой любитель. Среди них немало преподавателей, учителей школ, представителей цхинвальской интеллигенции, есть интеллектуальная молодежь.

Конечно, все мы понимаем, что все это издержки культуры поведения, и не только в молодежной сфере, являются последствием двадцатилетнего периода глубочайшего кризиса нужды и лишений, через которые прошел народ. И в этой страшной переделке пострадали прежде всего наши молодые люди.

Иногда приходится становиться свидетелями разговора молодых людей на улице или в транспорте, в магазине. Поверьте, я достаточно прожил и много видел, но такого как сейчас в Осетии никогда не было. Люди в Цхинвале всегда отличались вежливостью, доброжелательностью, чуткостью. Младшие уважали старших.

Центральная площадь Цхинвала была местом встречи горожан, научной и творческой интеллигенции и молодежи, а вечером здесь проходили массовые гуляния, иногда играл духовой оркестр, было многое, о чем и не вспомнишь так сразу.

И говорили эти люди не о том, какое бы дело провернуть, чтоб заработать побольше легких денег, а делились впечатлениями о прочитанной книге, об интересном кино, об истории Южной Осетии, об осетинских традициях и т.п.

Уже пять лет мы живем в признанной республике, и наверное, пора подумать о том, что же сделать полезного для общества, как возродить утерянное, все то светлое, о чем часто говорится с ностальгией по прошлому, на разных уровнях.

Считаю, что каждый дееспособный и мыслящий гражданин республики должен поставить перед собой вопрос: что я должен сделать, пока живу на этой земле? Надо серьезно и ответственно относиться к семье и работе. Думаю, что должна быть разработана и утверждена на правительственном уровне программа, которая охватит и контингент учащейся молодежи, включая школу. А воспитание подрастающего поколения должно начинаться с самого детства и прежде всего в семье, где растет ребенок. Родители не должны переваливать воспитание своего чада на школу, учителей и воспитателей, но сами своими благими делами и мыслями подавать наглядный пример.

Несколько лет назад в нашем обществе много говорилось о кодексе аланской чести. Это был правильный вектор, но потом тема сошла на нет.

Поскольку мы сейчас говорим о театре, о культуре человека, то еще раз отмечу, что эту культуру надо прививать с детства. В ближайшем будущем мы планируем ставить детские спектакли, скажем, небольшие 30-минутные представления, где детям будет предоставлена возможность и самим выйти на сцену, пообщаться с актерами, поучаствовать в сценическом действе. Такая работа будет проводиться и со школьниками, и со студентами.

— Что Вас еще волнует в сегодняшнем театральном мире Цхинвала? Какие проблемы первостепенны для актеров?

— Наш театр переживает не лучшие времена. Уже много лет, как вам известно, актерский коллектив работает в очень трудных условиях. Наши актеры имеют огромное желание работать, но нет условий. Хотя многие считают, что у актеров вполне сносные условия для работы и есть сценическая площадка, реквизит и даже зрительный зал на 300 мест. Имеется в виду часть здания Совпрофа, где сегодня располагается наш театр. Но ведь надо понимать, что если зрителю достаточно и 1 кв.м. для ощущения и выражения своих эмоций, то актеру на сцене подчас не хватает и 15 кв.м. А где взять такую сцену? Вот и получается, что зрителю как бы комфортно, а вот о мучениях актера многие даже не догадываются. Ведь сцена для актера — это самое главное.

Есть у нас и другие немаловажные проблемы — финансовые трудности, которые угнетают творческую активность. Люди думают, как прокормить семью, детей. Многие наши актеры вынуждены подрабатывать дополнительно, некоторые ребята занимаются частным извозом, малярничают, занимаются фермерством. Это не прибавляет им творческого вдохновения.

Есть еще и другая очень важная проблема в нашей основной работе — это отсутствие пьес для нашего театра. В прежние времена представители национальной литературы, такие как Владимир Ванееев, Владимир Гаглоев, Сергей Хачиров писали произведения специально для театра, для сценических постановок.

За последние 20 лет, к большому сожалению, у нас этим никто не занимается, никто не пишет о сегодняшнем дне, не говорит о злободневных наболевших вопросах в обществе. Хотелось бы, чтобы в пьесах для нашего театра писалось и о жизни, и проблемах югоосетинской молодежи.

Ощущается и проблема с молодыми кадрами в сфере искусства, ведь будущее театра за новым поколением актеров. Проблема не нова, она существовала всегда. За последние полвека в наш театр приезжало не одно поколение югоосетинских выпускников московских студий. Впоследствии многие уезжали, зарплата в те времена была низкой, плохо было и с жильем. В итоге перед театром каждый раз вставала проблема кадров.

Последняя студия, которая сейчас работает в театре, вернулась в 1994 году. Сегодня это основной костяк югоосетинской труппы. Несколько лет назад набрали студию из 15 человек в театральный институт им.Б.Щукина, где открывалось югоосетинское отделение, но в нее из Южной Осетии почему-то было зачислено только шесть человек, а остальные девять направили из Северной Осетии. По окончании учебы вернулись только двое. Из них один продолжил обучение в Москве на режиссерском отделении, семь человек устроились в осетинский драматический театр во Владикавказе, остальные остались в Москве. Считается, что это наша молодежь, но на деле эти люди совсем не с нами. Думается, что свое будущее эти ребята обдумали заранее, решив не возвращаться в Цхинвал. Но вот виноватыми почему-то оказались мы.

В итоге эти ребята разъехались кто куда, а перед театром опять встала проблема молодых кадров. Проблема наболевшая. Мне думается, что надо набирать новую студию, уже на базе нашего театра. На этот счет есть определенные планы, но говорить об этом пока не буду.

— Десять лет без сцены — это, конечно, серьезное испытание для коллектива. Когда цхинвальцы увидят Вас на родной сцене? Какова дальнейшая судьба театра?

— Очень надеюсь, что в 2014 году приступят к строительству нового здания театра. Сцена будет состоять из трех позиций — основная сцена и два дополнительных крыла по обе стороны от нее. В процессе сценического действа подмостки можно перемещать в нужном направлении. Оборудование тоже будет самым современным, и зал на 500 посадочных мест.

Согласно проекту, здание будет снесено полностью, но фасад заново будет отстроен в прежнем стиле. В данное время разработка проекта строительства на стадии завершения, часть документации находится в Москве, техническая часть, как я знаю, в Северной Осетии. Когда все будет согласовано, утверждено, будут выделены финансовые средства. Отмечу, что новый проект не затронет территорию пионерского парка.

— У Гойи есть офорт: изможденный человек удерживает из последних сил нависшую каменистую плиту. Она вот-вот упадет, и это прекрасно видят сидящие под плитой люди — видят и понимают, что плита раздавит их тоже, но ни один не приходит на помощь. Не напоминает ли Вам это нынешнюю ситуацию в нашем театральном искусстве, и не только?

— Об этом я часто думаю. Есть хорошая поговорка: «Моя хата с краю». Но ведь надо понимать, что проблем хватает не только в театре, но и в сфере культуры в целом. Многие считают, что эти проблемы к ним не относятся, однако речь идет о нашем общем национальном достоянии, о котором не только чиновники, но все мы, жители Южной Осетии, обязаны заботиться, это наше общее дело.

Уже девятый год как театр наш живет без прописки. За это время выросло целое поколение, которое даже не представляет, что такое настоящий театр. Но это мало кого волнует… Думается, что театр следовало восстановить в первую очередь. Праздничные мероприятия мы перманентно проводим на Театральной площади, и многое от этого теряем. А ведь откуда берется культура поведения? Большая часть пришедших на площадь посмотреть концерт смотрят на сцену, но не видят, что там происходит, потому как большинство не понимают и не знают музыки, не приемлют искусство и т.п.

Я не против таких форм проведения праздничных и иных мероприятий, но очень горестно, и печально что наша молодежь так далека от искусства.

— Каким Вам видится выход из кризиса, поразившего театральное искусство?

— Я считаю, что театр нуждается во внимании не только поклонников театрального искусства и самих актеров, но всего нашего общества. Не могу сказать, что нет внимания со стороны руководства республики, но авторитет и престиж служителей сцены, творчески одаренных людей, следует поддерживать активнее, и прежде всего такая поддержка и понимание должны исходить от людей, занимающих ответственные посты. В этом контексте следует включить и формы духовной человеческой поддержки.

Хотелось бы, чтобы высшее руководство страны, наша интеллигенция чаще и с охотой приходили на наши спектакли, новые постановки. Это наверняка послужит стимулом для актеров театра. Такая поддержка очень нужна сегодня моим коллегам.

— Мой следующий вопрос касается методов Вашей работы.

— Силой и жестким графиком работы невозможно заставить актеров работать больше и лучше.

Творческий человек — это несколько иной типаж, со своим пониманием и ощущением, вогнать его в какие-то определенные рамки неправильно. На мой взгляд, актеру необходимо предоставить какое-то свободное время для осмысления творческого вдохновения — во благо позитивной отдачи.

— Что, по-Вашему, характерно для нынешнего поколения актеров?

— Лет 20 назад актеры жили и работали в духе своего времени, во многом помогая друг другу. Нынешнее поколение — это люди нового, технического века, живущие по нынешним канонам. Изменилась психология, мышление, конечно, под влиянием окружающей среды, условий выживания, которые диктует новое время. Актерам приходится думать о бытовых условиях, примешиваются и личные интересы. Возможно, актер сегодняшнего дня в определенной мере эгоистичен, ведь 20-летний тяжелый период войны, лишений и страданий не мог не изменить психики изолированного от мира человека, приспособиться к выживанию своей личности. Люди не отошли пока от этой травмы, и не только актеры, но все мы. Как часто мы с грустью вспоминаем, что раньше и люди были добрее и дружнее. Так вот, надо делать что-то для этого. Все-таки истинный актер должен любить сцену больше всяких материальных благ и других ценностей. Если актер на сцене халтурит, это зритель замечает или чувствует. Вы не согласны со мной?

— И мой последний вопрос. Сегодня почти каждый театр имеет свои информационные ресурсы, где размещается не только информация о работе театра, но и афиши предстоящих спектаклей, а также возможен заказ билетов через интернет-ресурсы. Планирует ли юго-осетинский театр использовать подобные современные методы?

— Этот вопрос для нашего театра сегодня очень актуален, но, к сожалению, его решение пока затягивается по объективным и субъективным причинам. Но, я думаю, что он вполне решаем в недалекой перспективе.

Мы, несмотря на препятствия, стремимся к прогрессу и уверен, у нас все получится.

А. ГЕРГАУЛОВА