Президент России Владимир Путин присвоил военному корреспонденту ВГТРК Евгению Поддубному звание Героя России за мужество и героизм при исполнении служебного долга.
7 августа военкор Евгений Поддубный был ранен в Курской области. ВСУ ударили по его машине беспилотником. В результате взрыва журналиста выбросило из автомобиля, после чего его подобрал на дороге проезжавший местный житель. В сети разошлись кадры, на которых окровавленный военкор садится в автомобиль. СМИ сообщали о том, что Поддубный в тяжелом состоянии попал в больницу. Позже его перевезли на лечение в Москву в НИИ имени Н. В. Склифосовского. Вскоре журналиста выписали из больницы.
Союз журналистов Республики Южная Осетия искренне поздравляет Евгения Поддубного в связи с награждением знаком высшего военного отличия – Звездой Героя Российской Федерации. «То, что именно Вам выпала честь стать первым из российских журналистов носителем этого высокого звания, в высшей мере справедливо и оправданно.
Тем самым российское руководство в очередной раз отметило весомый вклад всей российской журналистики в деле проведения Специальной военной операции в целом, и персонально выделило Вашу героическую, высокопрофессиональную и предельно результативную деятельность в качестве военного корреспондента, которая проходит наряду с высокой политической и общественной активностью, участия в различных гуманитарных миссиях», – сказано в поздравлении журналистов РЮО.
Журналисты Южной Осетии вместе со всем населением Республики внимательно следят за профессиональной и подвижнической деятельностью Евгения. Наш народ никогда не забудет, как он вместе с группой других российских журналистов, несмотря на приказ покинуть Южную Осетию, остался в подвергшемся массированному обстрелу Цхинвале и помимо журналистской деятельности, занимался спасением мирного населения. Этот профессиональный и гражданский подвиг был высоко оценен руководством Республики Южная Осетия и первыми правительственными наградами Е.Поддубного стали Орден Дружбы Республики Южная Осетия и медаль «В ознаменовании 10-летия победы в Отечественной войне народа Южной Осетии».
В Южной Осетии ждут скорейшего возвращения в строй любимого военкора. Наш народ всегда по-особому воспринимает его репортажи и материалы, как и других журналистов, вместе с нами переживших август 2008-го, которые заставили западных, а затем и грузинских лидеров признать, кто был виновником нападения на Южную Осетию, а сегодня он предельно честно и профессионально сообщает нам о том, что происходит на Украине, Белгородской и Курской областях РФ. Уверены, что Южная Осетия останется яркой страницей в богатой журналистской биографии Евгения Поддубного.
В Южную Осетию Поддубный приезжал репортером еще в 2004 году. А в 2008 году Цхинвал стал для Евгения Поддубного почти родным. Здесь его многие встречали на улицах города, как родного, близкого друга. Евгений Поддубный позже говорил, что в Цхинвале во время событий 08.08.08 он впервые почувствовал лживость западной медийной пропаганды, которая призывала журналистов всего мира учиться объективности на примере CNN и BBC, оставаться беспристрастным в любой ситуации.
Майя Харебова еще в 2004 году познакомилась с Евгением Поддубным (она с 1997 года работает на разных должностях в Комитете информации и печати РЮО, с декабря 2018 года возглавляет агентство «Рес»). Харебова поделилась с нами своими воспоминаниями о совместной работе с Поддубным:
– В 2004 году Женя приехал в Цхинвал вместе со своими коллегами, работая на канале ТВЦ. На тот момент ему было 25 лет, но уже тогда он проявлял высокий профессионализм.
Хочу отметить, что с тех пор Евгений отличается абсолютно справедливым взглядом на происходящие вокруг нас события. Он не просто военкор, а человек, вникающий в судьбы людей.
В Южной Осетии Евгений всегда находился в гуще событий.
– Можете рассказать какой-то конкретный эпизод…
– Мы все помним в августе 2008 года военкор Поддубный вместе со своими коллегами находился в Южной Осетии, разделяя все тяготы с осетинским народом.
Во время эвакуации Женя и его коллеги уступили свои места в транспорте мирным жителями и отказались покинуть город, когда в нем оставались рядовые граждане. Вернувшись через десять дней после начала войны в Россию, Евгений опубликовал специальный репортаж «Война за мир».
Мы не забываем это все, остается в памяти его открытость и преданность делу.
– А как бы вы охарактеризовали Евгения?
– Прежде всего он – патриот своей Родины. Он является примером для всех нас, всего журналистского сообщества. Примером не только для журналистов Южной Осетии, России, но всего мира.
Награду Героя России Евгений безусловно заслужил всей своей журналистской работой. Это первый случай, когда представителю СМИ вручают столь высокую награду, и мы, конечно, гордимся, что она вручена Поддубному. За наградой Евгения стоят многочисленные тяжелые дни и годы служения. Практически Женя посвятил свою жизнь борьбе с несправедливостью. Все последние 20 лет живет и работает в горячих точках.
В одном из своих интервью Евгений говорил: «Я отмеряю свои дни прожитыми совместными историями с нашими бойцами, и привел в пример, как в годы Великой Отечественной советские медсестры оказывали помощь фашистам. Это человеческий выбор. И хорошо, что мы остаемся людьми».
Ведь действительно, в любой ситуации главное – оставаться человеком.
Мы знаем, что такое война и несправедливость, когда тебя не слышит никто в мире. Мы это проходили на протяжении более 20 лет.
Пользуясь случаем, хочу пожелать Жене крепкого здоровья, мирных дней в его жизни, спокойствия и долгожданной Победы! История еще даст оценку героизму наших журналистов.
Евгений Поддубный родился в 1983 году в Белгороде. Получил высшее образование по специальности «психология». С 2001 по 2011 год работал специальным корреспондентом в дирекции информационных программ телеканала «ТВ Центр». С сентября 2011 года Поддубный является специальным корреспондентом телеканала «Россия 24» (входит в ВГТРК). Освещал конфликты в ряде стран, в том числе в Грузии, Южной Осетии, Сирии, Абхазии, на Украине.
Поддубный ведет свой телеграм-канал с новостями об СВО, у него около 800 тысяч подписчиков, которых становится все больше. Он обладатель трех премий ТЭФИ, а среди множества его медалей и орденов есть Орден Дружбы Республики Юж-ная Осетия. В ходе российской военной операции в Сирии руководители ИГИЛ предлагали большие деньги за убийство российских журналистов, освещавших события в Сирии, в том числе за Евгения Поддубного.
Евгений Поддубный: «Никто не мог подумать, что в современном мире такая война вообще возможна»
Август 2008. Три дня войны. 100 дней спустя
Рассказывает Евгений Поддубный, находившийся в Южной Осетии:
(отрывки)….
Без права на жизнь
Утром 8 августа уже было понятно, что грузинские генералы и политическое руководство начали войну не со своими осетинскими коллегами, а с мирными жителями Южной Осетии. Ночной обстрел Цхинвала не оставлял повода сомневаться в этом утверждении. Никто не мог подумать, что в современном мире такая война вообще возможна. Ударить из «Градов» по спящему городу, по людям, которые спали, только потому, что их обманул президент Грузии, сказав, что войны не будет, а будут переговоры. Это жестокость, которую нельзя оправдать ничем. Это преступление. Руководство Грузии еще задолго до первого выстрела лишило граждан Южной Осетии права на жизнь.
Без права на смерть
Днем 8 августа было еще одно событие, которое повлияло на ход противостояния. Грузинские танки уже были на улицах города. Оборона Цхинвала трещала, у бойцов не было даже патронов к автоматам. Отсутствие информации о реакции российского руководства на грузинскую агрессию негативно влияло на боевой дух военных и настроения гражданских. Танки вплотную подошли к штабу ССПМ, прямой наводкой били по жилым домам, по республиканской больнице. Журналисты укрылись в бане на территории штаба миротворцев, многие прощались с жизнью, потому что не верили в благополучный исход. Но тут в расположении «голубых касок» появился секретарь Совета безопасности Южной Осетии генерал Анатолий Баранкевич, его сопровождали несколько десятков ополченцев.
Без права на помощь
9 августа мы прорвались в республиканскую больницу, кадры, снятые там, стали одним из основных доказательств гуманитарной катастрофы, которая обрушилась на Цхинвал. Я очень волновался за своего друга Сергея Цховребова: он хирург, и я знал, что если он жив – будет в больнице. Сергей нас встретил на первом этаже. Одну из комнат врачи сделали моргом и складывали туда трупы. Я сказал Сергею, что его жена Аня жива. Он обнимал меня минут десять. Все раненые находились в подвале, там же прятались жители окрестных домов. Тогда я увидел, что по больнице стреляли из танков. Я до сих пор не могу понять, зачем и почему, как грузинский стрелок смог нажать на спуск.
Без права на будущее
Одна медсестра подошла к нам и сказала, что мы обязательно должны сделать несколько кадров в доме недалеко от больницы. Уже через несколько минут мы зашли в дом, нас встретил мужчина. Он молча проводил нас в спальню, откинул покрывало с кровати, там лежали его мертвая дочь и жена, обгоревшие тела в дом он принес на руках.
– Как мне жить дальше? – тихо говорил отец и муж, который потерял все, ради чего стоило жить. Мы молчали.
Без права на правду
9 августа, мы смотрели грузинские телеканалы. В репортажах репортеров не было ни слова правды. На экране грузинские грады обстреливали Цхинвал, текст за кадром убеждал, что это российские системы залпового огня ровняют с землей Гори. Друзья и коллеги, которые находились в Москве, говорили, что, то же самое показывают почти все западные телеканалы. Мы очень сожалели, что ни одной съемочной группы CNN или BBC не было вместе с нами в самом Цхинвале в дни войны. Мне кажется, тогда они бы просто не смогли врать.
15 августа я был уже во Владикавказе. Мы сидели с друзьями, и я рассказывал о том, что видел. Мы были счастливы, что остались живы, мы были довольны, что сделали свою работу, но никто из нас не мог улыбаться и радоваться. Из головы не выходил мужчина, который потерял свою семью, девочка, которая успокаивала свою маму, людей, которые во дворе хоронили своих родных в перерывах между артобстрелами, и слова грузинского президента, которые заставили город спать спокойно. Не выходят до сих пор.
