История и современные вызовы Южной Осетии
«Южная Осетия выбрала суверенитет, чтобы избежать исчезновения. Эта решимость позволила народу выстоять и добиться признания, несмотря на огромные жертвы. Эхо того сентябрьского дня до сих пор отзывается в геополитических дискуссиях, напоминая о том, что цена суверенитета измеряется кровью, болью и слезами поколений», – подчеркнул госсоветник президента Константин Кочиев в интервью газете «ЮО».
– Константин Карленович, расскажите, какие события предшествовали принятию исторического решения?
– В конце 1980-х гг. Советский Союз, казавшийся монолитным, вечным, разваливался на части. Начиналось время громкого и хаотичного «парада суверенитетов», абстрактные политические лозунги быстро обретали лица, плоть и кровь. Москва теряла контроль над периферией. Для автономий Закавказья этот процесс был крайне опасным и болезненным. Центр больше не был арбитром. Каждый должен был решать свою судьбу сам.
Ситуация вокруг Южной Осетии вышла за рамки политических дискуссий. В Грузии верховодили силы, провозгласившие лозунг «Грузия для грузин». Для осетин эта риторика звучала как реальная угроза. Осетинское население в ГССР повседневно сталкивалось с системным давлением, которое на местах обернулось настоящей этнической чисткой. Осетин увольняли с работы просто по этнической принадлежности. Открыто требовали насильственно ограничить рождаемость осетин или депортировать осетинское население. Националисты устраивали погромы в осетинских селениях, осетин оскорбляли, избивали, изгоняли из собственного жилья при полном попустительстве правоохранительных органов. В ноябре 1989 г. многотысячную колонну вооруженных боевиков из грузинских националистических организаций чудом удалось остановить на въезде в Цхинвал. Резко обострилась проблема языка официального делопроизводства в ЮОАО, Тбилиси настаивал на внедрении грузинского. Производился планомерный демонтаж автономии, готовилось ее упразднение.
В этой ситуации 20 сентября 1990 года в Цхинвале народные депутаты Южной Осетии приняли постановление о преобразовании автономной области в республику и Декларацию о суверенитете. Южная Осетия провозглашала верховенство своих законов, опиралась на право наций на самоопределение и заявляла о готовности участвовать в разработке нового Союзного договора напрямую. Декларация была попыткой выстроить правовую защиту для народа в рушащемся мире, попыткой избежать ситуации правового вакуума и создать юридический каркас для последующих законодательных решений. Документ предусматривал практически все параметры суверенной государственности, от суверенитета над территорией и верховенства законов Южной Осетии до флага, герба и гимна. Все понимали: обратного пути не будет, оставалась вера, что союзный центр поддержит решение, отвечавшее духу закона СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР» от 3 апреля 1990 г. То, что в Южной Осетии назвали актом самоопределения, в грузинской столице объявили сепаратизмом и мятежом. На следующий день президиум Верховного Совета ГССР объявил решение юго-осетинских депутатов незаконным, а в декабре автономия была упразднена, но это Тбилиси сделал бы в любом случае.
– Вы понимали, что этот день определит судьбу нашего народа на десятилетия вперед?
– Советские люди воспринимали свою страну как несокрушимую твердыню, которая видела тяжелые времена, но всякий раз с честью выходила из самых трудных положений. СССР разгромил гитлеровскую Германию, восстановил разрушенное войной, успешно решал задачи экономического развития, лидировал в космосе, во многих других областях, имел огромное международное влияние, силы охраны правопорядка и государственной безопасности имели самые широкие полномочия и возможности. Невозможно было представить, что Москва не сумеет справиться с националистами, дорвавшимися до власти в некоторых республиках СССР.
Однако для тех, кто глубже знал историю, ситуация выглядела много хуже, перед глазами был пример революционных событий 1917 года и геноцид 1920-го, которые учили, что без своевременного создания эффективной системы самоорганизации и управления шансов выстоять просто нет, поэтому необходимо создавать правовой щит, юридическую основу, без которой считаться с Южной Осетией никто не станет. Правда, расчеты лидеров национального движения на незыблемость и безоговорочную действенность принципов международного права были во многом наивны. Современный мир всегда смотрит прежде всего на реальное положение «на земле».
– Сегодня часто говорят, что провозглашение Республики было единственным способом выжить. Что Вы скажете по этому поводу?
– Перед Южной Осетией стоял вопрос: что делать, когда государство, в котором народ живет, фактически ведет против него войну? Отказ от сопротивления означал согласиться на ликвидацию автономии, на ущемление языковых и культурных и других прав, на статус людей второго сорта. Терпеть издевательства и надеяться, что волна национализма в Тбилиси утихнет, ситуация «успокоится». Для народа, помнящего 1920 год, такой выбор означал принятие ассимиляции и медленное национальное самоуничтожение. Выбор беженства – оставить родные дома и могилы предков, уехать на Север – физическое спасение, но и окончательная капитуляция. Массовый исход означал бы, что националисты достигли цели без единого выстрела, а наш народ превратился бы в маргинализированную диаспору без родины. Был выбран третий путь – правового и политического сопротивления.
Когда Тбилиси начал менять конституционный строй и выходить из правового поля СССР, Цхинвал решил сыграть по тем же правилам, но на своем уровне, апеллируя к общесоюзному закону о выходе союзной республики из состава СССР, который гарантировал автономиям право самостоятельно решать свою судьбу. Провозглашение суверенитета было попыткой поднять статус области до уровня, с которого можно было вести диалог в качестве субъекта права. Южная Осетия пыталась зафиксировать свое право на жизнь, на язык, на землю, обращаясь к союзному центру и к международному сообществу.
Легкого и безопасного выбора для Южной Осетии не было. Каждый из вариантов был связан с болью. Но выбор суверенитета был естественным с точки зрения исторической логики и психологии народа. Это был выбор достоинства и борьбы за свои права и существование, пусть и трудной ценой. Альтернативой было унижение и тихое исчезновение. Южная Осетия выбрала путь, который давал шанс сохранить себя и свою землю, хотя и очень дорогой ценой. В этом выборе – разгадка того, почему маленький народ выстоял, сохранил себя и в итоге добился признания своей государственности, пусть и оплаченной неимоверной, страшной ценой. История не терпит сослагательного наклонения, Декларация была принята, выбор сделан. Эхо того сентябрьского дня до сих пор отзывается в геополитических дискуссиях, напоминая о том, что цена суверенитета измеряется кровью, болью и слезами поколений. Но осетины не были бы осетинами, если бы поступили по-другому.
– Насколько Южная Осетия соответствует идеалам и ожиданиям, которые были у людей, стоявших у истоков государственности в 1990-м? Что удалось реализовать, что предстоит?
– Современная Южная Осетия – это государство, которое блестяще решило задачу выстоять: оно не позволило себя уничтожить, сумело сохранить физическое тело нации и выстроить защитный контур. Если мерить успех главной, базовой целью 1990 года – предотвращением физического и национального уничтожения, то исторический счет в пользу осетин. Главная мечта тех лет осуществилась: народ выжил.
Цхинвал, который в начале 90-х и в 2008 году был превращен в руины, сегодня – отстроенный город с новой инфраструктурой, социальными объектами и благоустроенными улицами. У республики есть все атрибуты суверенитета: конституция, парламент, президент, армия, суды, собственные символы. Границы, еще вчера бывшие линией фронта, сегодня надежно защищены. В этом смысле наследие тех, кто стоял у истоков, абсолютно точно реализовано: народ не дал себя уничтожить. В этом великая заслуга поколений, вынесших на себе всю тяжесть 1990-2008 гг.
Но другая задача – построить цветущую, экономически самостоятельную и демографически растущую нацию – еще только стоит на повестке дня. Идеалы 1990 г. были идеалами борьбы и сопротивления. Сегодняшнему поколению выпало решать задачи по выходу из демографического кризиса, развитию экономики и наполнению государственности полноценным содержанием.
Самая серьезная проблема современной Южной Осетии – демография. По данным переписи, в республике постоянно проживает порядка 50 тысяч человек, однако очевидно, что в реальности значительная часть граждан, имеющих южноосетинские и российские паспорта, на данный момент живет и работает в России. Молодежь уезжает в поисках образования, карьеры и больших возможностей во Владикавказ, Санкт-Петербург, Москву.
Другая проблема – экономическая самодостаточность. Бюджет республики критически зависит от российской помощи, без которой социальная сфера, инфраструктура и госуправление просто бы остановились. Нужно работать над развитием финансовой сферы, поощрять инициативы предпринимателей, ускорить переход от экономики распределения и восстановления к экономике развития. В озвученных М.А. Камболовым идеях по этому направлению – прекрасное видение сути проблемы и ее решений.
Отдельная тема – это язык и культура. Ради их сохранения и начинался этот путь в 1990 г. Но сегодня осетинский язык в самой Южной Осетии сталкивается с проблемой маргинализации, его присутствие в официальной сфере, в образовании ограничено. Требуется эффективная программа развития осетинского языка, подчеркну, – речь не о реанимации, осетинский язык в РЮО в бытовой сфере используется везде, речь именно о содействии в институциональном развитии, прежде всего в сфере образования.
– Какие главные уроки из событий 1990 года общество должно вынести и передать подрастающим поколениям?
– Память – не просто дата в календаре и соответствующие мероприятия. Для народа, прошедшего через ужас войн, на грани угрозы для выживания, память – это иммунитет. Это способность не повторять смертельных ошибок. Дни сентября 1990 года, когда принималась Декларация о суверенитете, и последующие события обрастают мифами и политическими спекуляциями. Но для молодежи, которая родилась уже в другом веке, уроки событий 1990 г. должны стать не историей, а инструкцией по выживанию и созиданию.
Поколения, выросшие в условиях, когда собственная государственность – это данность, должны усвоить суровую истину: свобода и независимость никогда не даются по чьей-то доброте и навсегда. Декларация 1990 года была, конечно же, важным документом, правовым фундаментом суверенитета. Но реальностью суверенитет стал только после того, как его смогли защитить, заплатив страшную цену. Государство – хрупкая конструкция, требующая ежедневного труда, бдительности и готовности к защите. Политическая инфантильность всегда наказывается. Мир, безопасность, свобода – не вечная привилегия, а достояние, которое нельзя выпускать из рук ни на секунду.
В моменты исторических сломов мир глух к проблемам слабых. Когда рушился СССР, а в РЮО лилась кровь, весь мир руководствовался исключительно своими интересами. Так всегда: никто не будет защищать ваш дом лучше, чем вы сами. Надежда, что «цивилизованный мир» остановит агрессора силой убеждения – опасная иллюзия. Мир уважает силу, единство, способность постоять за себя и громко о себе заявлять. Фундамент безопасности закладывается внутри самого общества. Если бы в 1990-м общество было расколото изнутри, а политические амбиции и дрязги оказались сильнее инстинкта самосохранения, исход был бы фатальным. Главная угроза приходит изнутри – разобщенность, политический популизм, коррупция, равнодушие.
Те, кто стоял у истоков в 1990-м, совершили подвиг, создав и отстояв Республику. Но их мечта – чтобы дети могли мирно трудиться на своей земле, учиться и говорить на родном языке. Патриотизм – не только про знание истории и готовность встать в строй. Патриотизм XXI века – демографический и экономический. Главный враг сегодня – не внешние силы, а депрессия, депопуляция и утечка мозгов. В условиях демографической конкуренции выучиться, возделывать свою землю, создать бизнес, родить и воспитать троих детей, сохранить осетинский язык в семье – сегодня такой же патриотический героизм, как в боях за Цхинвал в июне 1992 и в 2008 гг.
Пережив ужас погромов и войн, общество должно передать молодежи самое сложное: память о боли не должна превращаться в слепую ненависть. Ненависть, отравляющая душу – плохой фундамент для будущего. Мы должны помнить, чтобы знать цену миру. Мы должны помнить лица погибших, чтобы беречь живых. Уважение к своей истории означает не ненависть к другим, но абсолютное, непоколебимое уважение к себе. Старшее поколение вправе сказать: «Мы выстояли в огне тех войн, чтобы вы могли строить».
Уроки 1990 года – это код выживания, встроенный в ДНК современной югоосетинской государственности, который успешно сработал, но код развития еще предстоит написать. Это предстоит сделать тем, кто сегодня смотрит в экраны смартфонов, не подозревая, какая цена была уплачена, чтобы им досталось само право смотреть в этот экран на суверенной земле. Молодое поколение – не просто жители и граждане Республики Южная Осетия. Это поколение – живой ответ на тот отчаянный вопрос о жизни и смерти, который история поставила перед нашим народом в судьбоносные дни 1990 года. И главный долг новых поколений – сделать так, чтобы этот ответ звучал гордо, сильно, достойно.
Мадина БЯЗРОВА
