35-летие провозглашения Республики Южная Осетия – повод не только подвести итоги пройденного пути, но и осмыслить историческую правоту выбора, сделанного народом республики. О том, какое значение имеет этот юбилей сегодня, каковы глубинные историко-политические корни стремления осетинского народа к свободе и самостоятельности, в эксклюзивном интервью нашей газете рассказал Инал Санакоев, заведующий кафедрой политологии и социологии ЮОГУ, кандидат политических наук.
– Инал Борисович, расскажите, в чем заключается исторический контекст и значение Дня Республики?
– Независимость Южной Осетии – явление не сегодняшнего дня и не феномен периода распада СССР. Она имеет глубокие историко-политические корни. Я думаю, что стремление Южной Осетии к независимости уходит корнями вглубь средневековья, ко временам независимого Алан-ского государства и Аланского царства. Тогда Алания была международно-правовым субъектом и проводила независимую внешнюю политику. Было характерно стремление поддерживать с Аланией дружеские политико-правовые связи, пользоваться всесторонней поддержкой Алан-ского государства, опираться на него во внешней политике.
После распада Алании стремление к независимости сохранилось на всех бывших аланских территориях, включая и Южную Осетию. Более позднее подтверждение стремления осетин к независимости было проявлено в период Российской империи, когда Южная Осетия пыталась всеми способами отстоять своё самоуправление и независимость от грузинской феодальной власти.
В середине ХIХ века грузинская феодальная знать попыталась распространить своё политическое влияние на южных осетин. Но их действия не увенчались успехом. Российский император выступил верховным арбитром в споре южных осетин с грузинскими феодалами. Этот спор разрешился в пользу осетин: югоосетинские крестьяне были переведены в подчинение непосредственно императорской казне, а грузинским феодалам было указано, что они не имеют никакой власти над южными осетинами, и чтобы они их оставили в покое.
В двадцатые годы ХХ века стремление южных осетин к самоуправлению вылилось в масштабный военно-политический конфликт с Грузией. Из-за неравенства сил Южная Осетия подверглась масштабному геноциду со стороны Грузии. Однако стремление осетин к самоопределению и самоуправлению не осталось незамеченным в Москве. Южная Осетия получила статус автономной области. Хотя формально Южная Осетия оказалась в составе Грузинской ССР.
Все эти процессы наложили особый отпечаток на политико-правовое самосознание южных осетин и в период распада Советского Союза оно сдетонировало в массовом сознании.
Таким образом, историко-политический контекст югоосетинской независимости имеет не ситуативный, одномоментный характер, а глубокие политико-исто-рические корни.
– Сложными остаются отношения с Грузией и международно-правовой статус РЮО. Возможны ли какие-то новые форматы переговоров или международные инициативы, учитывая нынешнюю глобальную геополитическую конъюнктуру?
– Что касается современного международно-правового статуса, то, конечно же, мы исходим из того, что Республика Южная Осетия является признанным государством, признанным Российской Федерацией – мировой сверхдержавой. Этого признания достаточно для того, чтобы мы чувствовали себя полностью политико-правовым субъектом в международном плане. Конечно же, никто не снимает с повестки дня вопрос о расширении этого процесса, чем больше государств признает независимость Республики Южная Осетия, тем больше у нас будет международно-правовых обоснований для участия в мировых и региональных политических процессах, выступать в качестве международно-правового субъекта.
В этом плане необходимо проводить активную внешнюю политику, чтобы мы получили признание со стороны ведущих мировых государств. Было бы интересно, если бы мы получили признание со стороны Республики Беларусь, Республики Казахстан и других членов ОДКБ.
Таким образом наши шансы на международно-правовое признание и международно-правовой статус значительно повысились бы. Это принесло бы дивиденды и в политическом, и в экономическом плане.
Что касается отношений с Грузией, то, к сожалению, мало что меняется. Очень тяжело предлагать какие-то новые инициативы, новые решения проблемы, поскольку наши южные соседи занимают крайне неуступчивую внешнеполитическую позицию. Южная Осетия до сих пор рассматривается в Грузии как «оккупированная территория», при таком раскладе очень тяжело искать точки соприкосновения. Пока позиция соседней республики не изменится, эта ситуация будет сохраняться.
Между Южной Осетией и Грузией до сих пор нет юридического соглашения о мире, о неприменении силы. Мы знаем, что переговоры по этой проблеме в Женеве ведутся с 2008 года. Но, к сожалению, наши соседи отказываются подписывать мирный договор с Южной Осетией.
Иногда в экспертной среде раздаются голоса о том, что женевский формат устарел, что уже столько лет он не даёт никаких результатов. Между тем женевский формат был и остаётся одним из важнейших инструментов стабилизации ситуации в регионе. Сам факт существования Женевских дискуссий оказывает стабилизирующее действие на грузино-осе-тинские отношения. В Женеве решаются и проблемы гуманитарного характера – вопросы поиска без вести пропавших, это все тоже важно.
– Каковы, на Ваш взгляд, основные достижения и вызовы во внутреннем строитель-стве РЮО за последнее десятилетие?
– За время, истекшее с окончания грузин-осетинского конфликта, Республика Южная Осетия добилась значительных достижений во внутреннем национально государственном и экономическом строительстве.
Посмотрите, как преобразилась республика за последние годы. Город стал очень красивым. Приезжающие к нам туристы и гости не устают восхищаться красотами Осетии.
В этом большая заслуга нашего государства и народа. При этом мы должны помнить, что все это происходит благодаря моральной, финансовой и военно-политической помощи Российской Федерации.
Часто можно услышать, что Южная Осетия могла бы превратиться в цветущий рай, выглядеть более конкурентоспособной, экономически более развитой, самодостаточной. Я тогда напоминаю: мы пережили четыре войны с Грузией, и хорошо, что мы сохранились и находимся в таком виде как сейчас. На сегодняшний день Южная Осетия находится в гораздо лучшем состоянии, чем она могла бы быть после войны с Грузией. На послевоенные реконструкцию и восстановление всегда уходят не годы, а десятилетия. Нам удалось восстановиться быстро.
В послевоенный период нам удалось стабилизировать и создать эффективно действующую политико-правовую систему. Она позволяет легитимизировать политические процессы, которые у нас происходят, в отличие от той же соседней Грузии, где часто власть меняется революционным путём.
Смена власти в Республике Южная Осетия всегда происходит легитимно, на основе закона. Конечно бывают эксцессы, бывают сложные моменты, но в общем и целом политическая система Республики Южная Осетия функционирует в рамках действующего законодательства. Это очень важно для молодого государства.
Даже страны с древними традициями государственности порой впадают в периоды глубочайшего кризиса в плане функционирования политико-правовой системы. Южной Осетии до сих пор удавалось этого избежать. Экономика РЮО в большой степени связана с помощью, которая поступает из Российской Федерации. Хотелось бы выходить на уровень экономической самодостаточности. Грубо говоря, мы должны сами себя содержать, мы должны сами зарабатывать на свою жизнь. К этому, во всяком случае, надо стремиться.
Южная Осетия могла бы стать полностью экономически самодостаточной при грамотном использовании имеющихся природных и всех других ресурсов.
– Какова роль углубления интеграции с Республикой Северная Осетия-Алания и Российской Федерацией в укреплении стабильности Южной Осетии?
– Что касается поддержания союзнических отношений с Республикой Северная Осетия-Алания и Российской Федерацией, то они должны быть в приоритете внешней политики нашей страны. Страна, которая не имеет друзей и союзников, обречена одна выживать в современном турбулентном геополитическом мире. История показала, что отношения с Российской Федерацией всегда складываются для Южной Осетии в позитивном ключе. Пророссийская внешнеполитическая ориентация как минимум за последние 100 лет помогала Южной Осетии выживать.
Российская Федерация для нас – важнейший внешнеполитический ориентир. В наших национальных интересах – не отходить никогда от этой ориентации. Чем теснее мы будем взаимодействовать с Российской Федерацией, тем спокойнее, тем надёжнее будут наша безопасность, наше политическое, экономическое будущее.
Что касается Республики Северная Осетия, то это часть нашего народа, и здесь я вынужден говорить о проблеме разделённости. Надо осознавать, что мы – разделённый народ. Иногда говорят о том, что осетинский народ един, что разделённость Осетии – это выдумка экспертов. Позвольте напомнить, что между Северной и Южной Осетией проходит государственная граница Российской Федерации, а государственная граница – это реальность.
Разделённость – это не этнокультурный феномен, это политический феномен. В этнокультурном плане осетинский народ един. Да, один язык, одна история, одна культура, но в политическом плане осетинский народ разделён. Между двумя частями Осетии проходит государственная граница Российской Федерации.
Части Осетии существуют и развиваются в разных политико-правовых пространствах. Поддержание связей между двумя частями Осетии – это наша святая обязанность. Мы должны, мы обязаны поддерживать теснейшие связи не только в сфере этнической культуры, но и в сфере политики, в сфере экономики. Большая часть нашего народа проживает в РСО-А.
Стремление к единению Осетии – это первоочередная национальная задача. Политико-правовая интеграция, культурная, экономическая и во всех других областях с Республикой Северная Осетия – наша важнейшая задача, приоритет. Без единения мы можем просто погибнуть, раствориться в бурлящем, турбулентном современном мире.
– Какие ключевые цели должны быть достигнуты к следующему юбилею как во внутренней политике, так и на международной арене?
– Тяжело делать прогнозы в любой ситуации, тем более сейчас, когда мир столь нестабилен.
Год назад я присутствовал на очень представительном международном форуме в г. Ставрополе с участием экспертов российского и международного уровня. Один из тезисов обсуждений был такой: настали времена, когда делать прогнозы стало очень тяжело. Никто сейчас в мире не рискует делать прогнозы. Настолько мир быстро и динамично меняется.
Если говорить о том, что все-таки ждёт нашу страну через 20-30 лет, через 5 лет, то хотелось бы сказать, что прогнозы всегда от чего-либо зависят.
Есть крупные политические игроки, которые активно пытаются проникнуть на Южный Кавказ. Многое зависит от того, как будет складываться внешнеполитическая конъюнктура вокруг Южной Осетии.
Наше будущее очень сильно зависит от того, как мы будем себя вести, насколько мы будем экономически и политически активны. Если мы будем индифферентны в политической сфере, в экономической сфере, то будем оставаться в том же состоянии… Если мы будем более активными во всех отраслях, то наши политические, экономические показатели будут возрастать.
Республика Южная Осетия медленно, спокойно, но уверенно продвигается вперёд. Наши достижения будут расти. Но если вдруг все начнёт резко меняться, то это уже зависит от того, насколько мы окажемся способны сопротивляться внешнему влиянию, насколько мы окажемся способными сами решать свои внутриполитические, экономические проблемы.
Залина ЦХОВРЕБОВА
