/Что ПАСЕял Михаил Саакашвили?

Что ПАСЕял Михаил Саакашвили?

Выступление президента Грузии Михаила Саакашвили 21 января на Парламентской Ассамблее Совета Европы вызвало весьма оживленные комментарии. Большая их часть посвящена тем антироссийским высказываниям, которые содержались как непосредственно в его речи, так и в интервью, данных представителям различных СМИ в кулуарах сессии. Естественно, что большинство обвинений в адрес России так или иначе были связаны с войной «08.08.08» и признанием РФ независимости Южной Осетии и Абхазии.

При этом в выступлении грузинского президента не было ничего принципиально нового. Он и раньше обвинял Россию в «имперских амбициях», «оккупации части грузинской территории» и т.д. и т.п. В целом резкие выражения, голословные и абсурдные обвинения в адрес Москвы, перемежающиеся рекламой собственных «достижений» на посту главы Грузинского государства, давно уже стали своеобразной «визитной карточкой» Саакашвили. И его, похоже, совершенно не волнует ни то, что его словам все меньше верят даже на столь обожаемом им Западе, ни то, что его «достижениям» совсем недавно дал четкую и нелицеприятную оценку его собственный народ.

А потому интересно не столько то, что говорил грузинский президент, сколько, почему именно сейчас ему была предоставлена трибуна ПАСЕ. Кого и зачем вдруг заинтересовало мнение президента — «хромой утки» с отсутствием каких-либо внятных политических перспектив?

Примечательно в этом плане, что приглашение М.Саакашвили на сессию ПАСЕ глава ассамблеи Жан-Клод Миньон официально обосновал тем, что «он лично считает, что пора перестать ждать подходящего случая, чтобы возобновить диалог между Россией и Грузией, он должен просто начаться». Излишне говорить, что более неподходящую политическую фигуру для «возобновления диалога» между Грузией и Россией сегодня просто трудно найти. Представить себе, что такой простой вещи не понимает опытный французский политик, было бы верхом наивности.

А потому истинные причины того, что Саакашвили была предоставлена трибуна ПАСЕ, несколько иные. Прежде всего дело, видимо, в том, что Запад явно обеспокоен политикой, которую проводит новое грузинское правительство. Несмотря на то, что премьер-министр Грузии Бидзина Иванишвили неоднократно заявлял, что внешнеполитический вектор страны меняться не будет, к его словам пока здесь относятся с плохо скрытым подозрением. Не добавляет ему симпатий западных политиков и то, что новые власти обнародовали факты массовых нарушений прав человека в Грузии, ответственность за которые несет режим, долгое время являвшийся любимчиком Запада, «примером демократии» на постсоветском пространстве.

Именно на этом и попытался сыграть Михаил Саакашвили. С одной стороны, он хотел убедить своих покровителей в том, что его не стоит списывать со счетов, что именно он и возглавляемое им «Единое национальное движение» являются единственными верными союзниками Запада в Грузии. Что они, в отличие от «Грузинской мечты», остаются форпостом, противодействующим реализации российских «имперских амбиций». Отсюда — более чем некорректные выпады грузинского президента против грузинского же правительства и премьера Бидзины Иванишвили. С другой стороны, Саакашвили хотелось и своей стране показать, что он, а не новое правительство Грузии, имеет реальный внешнеполитический авторитет на Западе. А это является немаловажным аргументом во внутриполитической борьбе накануне старта президентской гонки.

Надо сказать, что если Саакашвили ожидал триумфа, то он явно просчитался. Во-первых, впечатление от его речи серьезно подпортило предложение российских представителей начать расследование фактов нарушения прав человека, совершенных режимом Саакашвили. Во-вторых, его выступление вызвало широкое недовольство в самой Грузии. «Водевильный персонаж», «Саакашвили окончательно потерял связь с действительностью» — это еще не самые сильные выражения, которые позволяют себе грузинские политики и политологи, комментируя речь президента.

Что же касается Южной Осетии и грузино-югоосетинских противоречий, то речь Саакашвили здесь ничего принципиально не меняет. Во-первых, потому, что ПАСЕ и так в общем-то никогда не отличалась объективностью и желанием серьезно разобраться в данном вопросе, раз за разом предпочитая занимать прогрузинские позиции. И большинству депутатов Ассамблеи для этого совершенно не требуется агитации со стороны президента Грузии. А во-вторых, потому, что любые решения, резолюции и постановления ПАСЕ или какой-либо другой международной организации, касающиеся нас, но принятые без учета нашего мнения, останутся на бумаге и Южной Осетией исполняться не будут.

Михаил Саакашвили посоветовал одному из российских представителей надеть очки, чтобы увидеть «настоящую» карту Грузии. Можно было бы в ответ, конечно, посоветовать ему самому надеть очки, чтобы увидеть действительно настоящую карту Грузии, к которой Южная Осетия и Абхазия не имеют никакого отношения. Вот только очков, которые могли бы Михаила Саакашвили вернуть к реальности, боюсь, не существует в природе…

Вячеслав ГОБОЗОВ, политолог