30 августа в Южной Осетии, как и во всем мире, отмечается Международный день пропавших без вести
В этот день проходят мероприятия, призванные напомнить общественности о существующей проблеме и еще раз вспомнить тех, чья судьба до сих пор неизвестна, а также выразить поддержку тем, кого эта проблема коснулась и кто не теряет надежду.
О том, какая ведется работа по поиску без вести пропавших, нашему изданию рассказал Уполномоченный Президента по правам человека Инал Тасоев:
– Выяснение судьбы пропавших без вести остается важнейшей гуманитарной задачей, проблемой для нашей Республики, так как более 140 граждан пропали без вести в ходе грузинской агрессии 1989-2008 гг. ЮО продолжает работать в этом направлении, чтобы выяснить судьбы как можно большего количества пропавших без вести.
Наша обязанность – дать ответы семьям, что стало с их близкими людьми. Мы продолжаем искать информацию, свидетелей, встречаемся с очевидцами тех событий, с ветеранами правоохранительных органов, которые служили в те времена. Встречаемся не только в ЮО, но и часто для этого приходится выезжать в РФ, потому что многие уехали жить из ЮО в РФ. Очень много очевидцев, свидетелей и, возможно, участников тех событий сегодня живет в Грузии. Конечно, мы не имеем возможности встречаться с ними. Поэтому просим МККК встретится с ними, чтобы получить хоть какую-либо информацию, которая прольет свет на выяснение судеб пропавших, хотя бы одного человека.
– Каков механизм вашей работы, как удается узнавать о судьбе пропавших людей?
– Мы продолжаем работу в Трехстороннем координационном механизме по поиску лиц, пропавших без вести, который был создан в октябре 2010 года. В данном механизме под эгидой Международного Комитета Красного Креста участвуют также Россия и Грузия. Помимо Трехстороннего механизма, проблема пропавших без вести является одним из основных вопросов в повестке Женевских Международных дискуссий, несмотря на противодействие со стороны Грузии.
– Как взаимодействуете с коллегами из Грузии, России, может других стран? Были ли положительные результаты?
– Вынужден констатировать, что ни по одному югоосетинскому случаю Грузия не оказала нам реальной помощи, хотя есть много возможностей, чтобы мы достигли существенного прогресса. Однако Грузия политизирует вопрос, саботирует работу в этом направлении.
Яркий пример – история троих молодых ребят Хугаева Алана, Хачирова Алана и Плиева Солтана, которые были похищены в октябре 2008 года грузинскими силовыми структурами. Мы видим, что никакого продвижения по ним нет, несмотря на то, что прекрасно известно, при каких обстоятельствах они были похищены, в каком селе их держали, в каком помещении, кто их допрашивал, кто избивал, – все это известно, отражено в докладах международных экспертов. Но до сих пор мы не можем выяснить их участь.
Еще один аналогичный случай – дело Кабисова Тамаза, который пропал без вести 8 августа. Мы нашли решение Горийского районного суда, где было четко прописано, что этот человек был арестован грузинскими полицейскими 8 августа, препровожден в полицейский участок в селе Никоз, после чего он пропал.
Из более 140 случаев пропавших без вести мы нашли останки только двоих наших граждан, своими силами, без какой либо помощи со стороны Грузии. Тедеева Маирбега Ефимовича (в 2016 г.) и Ходова Анатолия Арчиловича, останки которого были переданы семье в июне 2021 года.
К сожалению, не только в ходе грузинской агрессии пропали без вести наши граждане, но и теперь в ходе Специальной военной операции на Украине, где принимает участие много наших ребят, есть и пропавшие без вести. Их близкие часто обращаются к нам, мы собираем информацию, работаем по этим делам с коллегами Российской Федерации, в частности, с Уполномоченным по правам человека Т.Н. Москальковой, работа также ведется и с Международным Комитетом Красного Креста.
– Какие акции или мероприятия проходят у нас сегодня?
– Каждый год по традиции мы проводим мероприятия в сквере, посвященном лицам, пропавшим без вести, возле Храма Пресвятой Богородицы. В этом году пройдет молебен в Храме, после этого в 16.00 состоится небольшая официальная часть.
НЕЗАЖИВАЮЩАЯ РАНА
В маленьких городах и селах все друг друга знают, но за буднями привычной жизни скрывается боль, которая не утихает годами. Боль от неизвестности, от пустующих стульев за семейным столом. Это боль ожидания и надежды получить хоть какую-нибудь информацию о своих близких, которые пропали без вести в годы войн и конфликтов.
Проблема пропавших без вести носит сложный, многослойный характер, уходит корнями в грузино-осетинские конфликты начала 1990-х и августа 2008 года. Ведь история Южной Осетии за последние 35 лет – это череда боевых действий, они и стали главной причиной трагедий сотен семей.
Большинство случаев исчезновения людей приходится на периоды активных боевых действий. Мирные жители, пытавшиеся эвакуироваться из зоны боев, часто попадали под огонь. Их судьбы неизвестны: погибли они, или были задержаны?
Есть множество свидетельств того, что люди пропадали после того, как их задерживали вооруженные формирования, наступавшие на Южную Осетию.
Работа по установлению судеб без вести пропавших – очень сложная работа. Она упирается в отсутствие политического диалога. Грузинская сторона не предоставляет достаточно информации.
«Моего мужа забрали из дома в августе 2008 года. Я видела, как его уводили. С тех пор – ничего. Ни живого, ни мертвого. Я не могу оплакать его, не могу двинуться дальше. Я просто застряла в том дне», – делится Марина (имя изменено по просьбе героини), жительница Цхинвала.
Ее история – одна из многих. Для этих семей жизнь разделилась на «до» и «после». Они не могут получить наследство, оформить смерть родственника и просто обрести покой.
Проблема пропавших без вести в Южной Осетии – это не архивная справка. Это открытая, кровоточащая рана. Пока не установлены судьбы людей, пока их родные не могут предать их земле, говорить ни о чем другом просто невозможно.
Бэла ЦХОВРЕБОВА
