В конце первой декады февраля в России отмечается День дипломатического работника – профессиональный праздник людей, которые на протяжении столетий формировали и реализовывали внешнеполитический курс государства. Выбор даты имеет свое объяснение – именно к 10 февраля 1549 года относится наиболее раннее упоминание Посольского приказа, ставшего по сути первым внешнеполитическим ведомством Русского государства. В этот день царь Иван IV поручил думному дьяку Ивану Висковатому «посольское дело вести», что положило начало институциональному оформлению российской дипломатической службы.
Официальный статус праздник получил в 2002 году указом Президента Российской Федерации в ознаменование 200-летия Министерства иностранных дел России.
ШКОЛА ГОСУДАРСТВЕННОГО МЫШЛЕНИЯ
С момента становления единого русского государства активная внешняя политика служила действенным инструментом укрепления суверенитета и международного положения. Посольский приказ, затем Коллегия иностранных дел, а с 1802 года – Министерство иностранных дел Российской империи стали основой профессиональной дипломатической службы.
Каждая эпоха предъявляла к российским дипломатам особые требования. Решение целого вороха нетривиальных задач, начиная от сложнейших переговоров с европейскими дворами до выстраивания баланса сил на Востоке, требовало от них не только профессиональных знаний, но и неординарных личных качеств, сочетания стратегического кругозора и высокого интеллектуального уровня, с железной выдержкой и способностью действовать в условиях жесткого давления. В разные периоды российскую дипломатическую школу олицетворяли Афанасий Ордин-Нащокин, Борис Куракин, Алексей Бестужев-Рюмин, Александр Горчаков и десятки других выдающихся государственных деятелей, значительно укрепивших влияние России в международных делах.
Не стал исключением советский период, который без всякого преувеличения можно назвать временем драматических испытаний и одновременно колоссальных достижений. Георгий Чичерин, Максим Литвинов, Андрей Громыко и другие представители НКИД, а затем МИД СССР обеспечивали продвижение международных позиций Советского государства и его союзников, содействовали слому колониальной системы западных держав.
Особую роль советская дипломатия сыграла в формировании антигитлеровской коалиции, а затем и в создании послевоенной архитектуры международной безопасности. Ялтинско-Потсдамские договоренности и учреждение Организации Объединенных Наций во многом стали результатом титанической дипломатической работы, определившей контуры международных отношений на десятилетия вперед.
В УСЛОВИЯХ ТУРБУЛЕНТНОСТИ
В XXI веке российская дипломатия действует в условиях глубокой трансформации мировой системы. Попытки Запада сохранить однополярную модель наталкиваются на объективный процесс формирования многополярного порядка. В сложившихся реалиях МИД России проводит курс на укрепление роли страны как одного из влиятельных центров современного мира, отстаивая верховенство международного права и системообразующую роль Устава ООН.
Активная работа ведется по линии ЕАЭС, БРИКС, ШОС, СНГ, а также в диалоге со странами Глобального Юга. Речь идет не только о политической координации, но и о формировании новых экономических и гуманитарных связей, защите интересов российских граждан и бизнеса за рубежом, противодействии санкционному давлению и попыткам подмены международного права конъюнктурными «правилами», сформулированными западными странами для продвижения собственных интересов.
Современная российская дипломатия представлена не менее яркими и авторитетными фигурами. Среди них можно выделить Евгения Примакова, который, как считают многие эксперты, заложил основы текущего внешнеполитического курса РФ, выдвинув идею геополитического «треугольника» в составе России, Индии и Китая. Тем самым он предвосхитил создание таких объединений, как ШОС и БРИКС.
Настоящим «патриархом» российской внешней политики по праву стал Сергей Лавров, который на протяжении двух десятилетий последовательно и аргументированно отстаивает позиции России на ключевых международных площадках, сочетая принципиальность, высокий интеллект и убийственное остроумие, неизменно привлекающее внимание международных медиа.
Еще одним ярким лицом российской дипломатии можно назвать Виталия Чуркина, который вплоть до самой смерти в феврале 2017 года отстаивал интересы России в жарких баталиях на трибуне Совета Безопасности ООН, ставя в тупик оппонентов своей эрудицией и умением вести интеллектуальную полемику. В Южной Осетии с уважением вспоминают позицию Виталия Чуркина в дни августовского кризиса 2008 года, отмечая также личное участие Сергея Лаврова в укреплении международных позиций республики.
Сегодня в рядах дипломатической службы России работают тысячи других опытных профессионалов, отстаивающих интересы своей страны в период слома прежнего миропорядка. От Посольского приказа до современных многосторонних форматов российская дипломатия остается одним из ключевых факторов устойчивости России в глобальном измерении.
ОСЕТИЯ И РОССИЙСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ
Для Осетии история первых контактов с российской дипломатией уходит корнями в середину 18 века, в период деятельности Первого осетинского посольства, которое отправившись в Санкт-Петербург, ходатайствовало о принятии в состав Российской империи. Переговоры проходили в сложной международной обстановке, на фоне противодействия внешних сил, однако благодаря взвешенной позиции Коллегии иностранных дел интриги были нивелированы, что позволило посланникам осетинских обществ выполнить свою историческую миссию.
В XX веке важным эпизодом стала позиция главы советской дипломатии Георгия Чичерина, который в своей известной ноте от 17 мая 1920 года требовал от меньшевистской Грузии отозвать войска из Южной Осетии. «Считаем, что Осетия должна иметь у себя ту власть, которую она хочет. Вмешательство Грузии в дела Осетии было бы ничем не оправдываемым вмешательством в чужие внутренние дела», – подчеркивал глава внешнеполитического ведомства Советской России.
ОТ УРЕГУЛИРОВАНИЯ К ПРИЗНАНИЮ
Истоки взаимодействия Южной Осетии с российской дипломатией на современном этапе связаны с драматическими событиями начала 1990-х годов. Одним из ключевых моментов в этом аспекте можно назвать встречу представителей России, Северной Осетии, Южной Осетии и Грузии, прошедшую 4 июля 1992 года во Владикавказе, по итогам которой была учреждена Смешанная контрольная комиссия (СКК) по урегулированию грузино-осетинского конфликта. В тот же день прошло первое заседание нового переговорного формата. Примечательно, что в нем принял участие и будущий первый посол России в Южной Осетии Эльбрус Каргиев.
По факту тогда были заложены юридические основы российского дипломатического присутствия в регионе в постсоветский период. Российские дипломаты сыграли определяющую роль в продвижении мирного процесса, посредничество Москвы на протяжении многих лет оценивалось как сбалансированное и конструктивное. Срыв процесса урегулирования произошел позже, с приходом к власти в Грузии Михаила Саакашвили, решившего любой ценой выполнить задачу по выдавливанию России с Кавказа.
В августе 2008 года, в период вооруженной агрессии против Южной Осетии, российская дипломатия действовала оперативно и принципиально, доводя до международного сообщества объективную информацию о происходящем. Решение о признании независимости Республики Южная Осетия 26 августа 2008 года и обмен нотами об установлении дипломатических отношений 9 сентября того же года стали поворотным моментом. Уже в апреле 2009 года приступило к работе Посольство Российской Федерации в Цхинвале. С этого времени двустороннее сотрудничество развивается на полноформатной основе, способствуя углублению интеграционных связей между Россией и Южной Осетией, а также продвижению позиций республики на международной арене.
Юрий ВАЗАГОВ
