/Сотрудничество с ДНР и ЛНР как перспективное направление внешней политики

Сотрудничество с ДНР и ЛНР как перспективное направление внешней политики

На прошлой неделе в Южной Осетии в честь третьей годовщины признания независимости Донецкой Народной Республики со стороны РЮО состоялась процедура гашения совместного выпуска художественных почтовых марок ДНР и РЮО серии «Храмы». Эта церемония имела символическое значение, поскольку почтовая марка не просто знак почтовой оплаты, а государственный знак, символ и визитная карта страны, являющийся одним из атрибутов суверенного государства. Напомним, что 18 июня 2014 года Южная Осетия признала независимость Луганской, а 27 июня — Донецкой народных республик. Принимая решение о признании народных республик Донбасса, в Цхинвале прежде всего руководствовались чувством солидарности ввиду общности судеб.

Гражданам Южной Осетии пришлось раньше пройти тот же путь борьбы против агрессии со стороны другого очага крайнего национализма на постсоветском пространстве — Грузии. Поэтому симпатии населения и политиков однозначно были на стороне жителей Донбасса. Общность проявляется и в таком определяющем вопросе, как геополитическая ориентация. РЮО и народные республики Донбасса однозначно ориентируются на Россию, налаживая интеграционные связи. Грузия же и киевская хунта стабильно играют роль антироссийских форпостов в планах Запада. Взаимодействие между ними осуществляется не только в сфере внешней политики, но и в военной составляющей. В войне 1993 года против Абхазии, а в 2008 году в военной кампании против Южной Осетии самое активное участие принимали националисты из УНА-УНСО и других бандеровских организаций. Со своей стороны, грузинские спецназовцы, «отличившиеся» в августе 2008 года, практически в полном составе воюют на Донбассе, точно так же участвуя в карательных акциях против мирного населения.

Но не только внешнеполитические факторы и исторический аспект являются сегодня определяющими в вопросе развития отношений Южной Осетии с ДНР и ЛНР. Несмотря на изначальный скепсис со стороны некоторых представителей экспертного сообщества относительно перспектив сотрудничества и значимости признания Донецкой и Луганской народных республик со стороны Южной Осетии, оправданность и целесообразность принятых решений подтверждается практикой, что стало стимулом для выстраивания полноценных межгосударственных отношений. Фактор признания Южной Осетии со стороны Российской Федерации открыл широкий простор для налаживания различных форматов сотрудничества между Цхинвалом, Донецком и Луганском. Особенно успешным оказалось банковское сотрудничество, позволившее республикам Донбасса вырваться из тисков финансовой блокады, устроенной со стороны киевских властей, и получить выход на российский рынок. Серьезные перспективы имеются в вопросе создания совместных механизмов легального перемещения и реализации товаров и услуг, произведенных в этих республиках, через границу с РФ путем создания югоосетинской таможенной зоны на их территории.

Почти через год после признания, в апреле 2015 года, состоялось открытие официальных представительств. Однако дальнейшее наращивание взаимодействия Южной Осетии с ДНР и ЛНР тормозилось ввиду отсутствия межгосударственных договоров о сотрудничестве. Кроме того, не был произведен взаимный обмен посольствами. После победы на президентских выборах в РЮО Анатолия Бибилова было решено устранить этот пробел в отношениях. В мае 2017 года Президент Южной Осетии Анатолий Бибилов подписал с главой ДНР Александром Захарченко договор между республиками о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи. «Это межгосударственный базовый документ, который определяет взаимодействие Донецкой Народной Республики и Республики Южная Осетия, и направлен на развитие взаимоотношений. Осетия готова к сотрудничеству во всех сферах жизнедеятельности государства, в том числе в экономике, образовании и науке», — сказал А.Бибилов, отметив, что действия Киева подталкивают Донбасс к самостоятельному осуществлению интеграционных процессов с Российской Федерацией и Южной Осетией.

Почти одновременно главами внешнеполитических ведомств ДНР и Республики Южная Осетия в Донецке был подписан совместный протокол об установлении дипломатических отношений между обоими государствами. Подписание такого документа регламентирует обмен дипломатическими представительствами на уровне посольств. Таким образом, первое посольство ДНР вскоре появится в Цхинвале, а югоосетинское — в Донецке. Подготовка к аналогичным шагам ведется и с Луганской Народной Республикой. На данном этапе на первый план выдвигается сотрудничество в экономической сфере. Анатолий Бибилов будучи еще спикером парламента активно выступал за придание более выраженной динамики совместным экономическим проектам. В частности, имеются в виду поставки минеральной воды из Южной Осетии, экспорт продукции аграрной сферы и др. С учетом разницы в масштабах — в ДНР и ЛНР проживает по разным подсчетам более 4 миллионов человек, это более чем перспективный рынок сбыта для указанных видов югоосетинской продукции.

Неплохие возможности для сотрудничества кроются также в сфере образования и культуры. Донецк и Луганск, несмотря на продолжающуюся войну и блокаду, по-прежнему обладают мощным научно-образовательным потенциалом и проявляют готовность к налаживанию контактов с югоосетинскими научными и высшими образовательными учреждениями. Престиж ведущих донецких и луганских высших учебных заведений по-прежнему высок. Сами университеты в свою очередь готовы расширять и укреплять международные научные и образовательные связи. Только за последний год-полтора ими подписаны соглашения о сотрудничестве с десятками российских вузов. Учитывая острую нехватку обладающих современной специализацией кадров практически во всех сферах народного хозяйства Южной Осетии, сотрудничество в образовательной сфере может сыграть положительную роль в решении этой проблемы. Широкий простор для взаимодействия также кроется в сфере молодежных и гуманитарных проектов в целом. Отдых группы детей из ДНР в Южной Осетии станет своего рода первой ласточкой в этом направлении. Таким образом, перспективы сотрудничества между Цхинвалом, с одной стороны, Донецком и Луганском, с другой, вырисовываются весьма серьезные и, что самое важное, имеют взаимовыгодный характер.

Здесь, пожалуй, стоит отдельно остановиться на одном важном аспекте, касающемся Минских соглашений. Редкие скептики в Южной Осетии, не считающие развитие отношений с ДНР и ЛНР актуальным направлением внешней политики РЮО, ссылаются на то, что в соответствии с этими соглашениями, обе народные республики должны вернуться в состав Украины с особым статусом. Но в данном случае уместно напомнить, что в свое время Дагомысские соглашения также отнюдь не предусматривали признания независимости Южной Осетии. Более того, в соответствии с ними силы самообороны должны были быть распущены. Министерство обороны Южной Осетии создавалось вопреки ряду пунктов соглашений. По некоторым аспектам Минские соглашения перекликаются с Дагомысскими, хотя, конечно, по части равноправности югоосетинская сторона в переговорном процессе находилась в более выигрышном положении. Тем не менее, невзирая на переговорный процесс, Южная Осетия упорно шла по пути признания своей независимости, выстраивала межгосударственные отношения с Абхазией, Приднестровской Молдавской Республикой, Нагорным Карабахом, с субъектами Российской Федерации, в первую очередь с Северной Осетией. Точно так же настрой народных республик Донбасса фактически исключает их возвращение в состав бандеровской Украины. ДНР и ЛНР последовательно выстраивают курс на сближение и интеграцию с Российской Федерацией. Что касается Минских соглашений, то их выполнение априори невозможно из-за политики киевской хунты, сознательно взявшей курс на военное подавление и экономическое удушение отколовшихся регионов. Нынешняя украинская политическая элита и мысли не допускает о предоставлении республикам Донбасса особого статуса. Изменить ситуацию может только ее полная денацификация и переформатирование с последующим приходом к власти в Киеве политиков с принципиально другими ценностными ориентирами, что опять-таки невозможно в обозримой перспективе. Как отметил на прошлой неделе лидер ДНР Александр Захарченко, он не видит возможности для возвращения Донбасса под контроль Киева. Отвечая на вопрос, возможно ли возвращение Донбасса под контроль украинского правительства при смене власти в Киеве, Захарченко ответил отрицательно. «А на кого Порошенко менять? На Турчинова, Парубия, Авакова? Хоть одну кандидатуру назовите, с кем там говорить? Мы свою точку невозврата прошли. Те зверства, которые Украина сделала и делает до сих пор, ни в какой здравый смысл не укладываются», — заявил Захарченко. Денацификация Украины, как и Грузии для США и их союзников неприемлема.

Позиция России постепенно смещается в сторону признания де-факто. Решающим шагом в этом направлении стал февральский указ президента РФ Владимира Путина о временном признании в России документов, выданных гражданам Украины и лицам без гражданства на территории отдельных районов в Донецкой и Луганской областях. Это правило будет действовать до урегулирования конфликта. Теперь в России признаются не только документы таких граждан, но и регистрационные знаки транспортных средств. В первом пункте указа список легализованных в России документов: удостоверения личности, дипломы об образовании, документы о рождении и подтверждении профессиональной квалификации, бумаги о заключении и расторжении брака, свидетельства о смерти. Все эти документы могут быть выданы «соответствующими органами, фактически действующими на территориях указанных районов», то есть фактически структурами Донецкой и Луганской народных республик. В Киеве этот указ произвел настоящий шок, украинские политики и эксперты расценили его как де-факто признание республик Донбасса. Нелишне напомнить, что признанию Южной Осетии и Абхазии предшествовал практически аналогичный указ Владимира Путина от 16 апреля 2008 года. Его тогдашние поручения были направлены на реализацию заявленного курса российского руководства на оказание в соответствии с нормами международного права предметной поддержки населению двух республик, проживающих в них российских граждан.

Речь также шла об установлении перечня признаваемых в России документов, выдаваемых физическим лицам фактическими органами власти Абхазии и Южной Осетии. В Тбилиси тогда подняли такой же крик, как их украинские «братья по разуму», но выводов точно так же не сделали, что привело грузинские власти к августовскому вторжению в Южную Осетию и последующему признанию независимости РЮО и Абхазии со стороны Российской Федерации.

Ю. ВАЗАГОВ