В настоящее время вновь наметились некоторые перспективы возобновления переговорного процесса по урегулированию украинского кризиса. Это связано среди прочего с активностью президента США Д.Трампа. Его подход к разрешению конфликта, в отличие от европейцев, отличается прагматизмом и базируется на необходимости учета «реалий на земле». Сегодня они таковы, что Россия по факту освободила территории и успешно продолжает наступать.
На первый взгляд, перспектива завершения боевых действий должна вызывать воодушевление у здравомыслящих людей. Однако для некоторых европейских политиков появившиеся очертания окончания конфликта на Украине означают конец их сознательной политической линии. В столицах Западной Европы наблюдаются не только попытки подрыва мирных инициатив, но и активное нагнетание страха перед «российской военной угрозой». Целенаправленно создается ложное впечатление, что прекращение огня на Украине якобы приведет к агрессии России против Европы.
Министр обороны Германии Борис Писториус недавно заявил в интервью газете «Frank-furter Allgemeine Zeitung», что военный конфликт между НАТО и Россией может начаться уже в ближайшие годы. По его словам, столкновение может произойти в 2029 году. В связи с этим немецкий министр призвал к дальнейшему укреплению военного потенциала стран НАТО.
В своей убежденности относительно «российской военной угрозы» глава военного ведомства Германии не одинок. В этом истеричном хоре – западные политики от США, Великобритании и Франции до прибалтийских стран.
«Образ врага они воссоздают привычного, придуманного уже столетия назад – Россию. Большинство людей в Европе не могут взять в толк, чем же им так страшна Россия… Но правящие элиты объединенной Европы продолжают нагнетать истерию. Оказывается, война с русскими чуть ли не на пороге…», – заявил В.Путин на заседании дискуссионного клуба «Валдай».
В контексте нынешних спекуляций вокруг российской «военной угрозы» вспомним показательный эпизод. 22 мая 1949 года министр обороны США Джеймс Форрестол, охваченный паникой, выкрикнул: «Русские идут, русские идут! Они везде! Я видел русских солдат!» – и шагнул из окна 16-го этажа навстречу смерти.
Этот трагикомический поступок стал кульминацией параноидальной кампании против «советской угрозы», развернувшейся в США в те годы. Тогда, как и сейчас на Западе, повсюду трубили о неминуемом вторжении советской армии в Европу и Америку. Строились бомбоубежища, создавались запасы продовольствия и воды, а население обучали действиям при ядерном ударе.
Как тут не вспомнить и недавнее заявление главы евродипломатии К.Каллас о том, что за последние сто лет Россия якобы напала на девятнадцать стран, а на некоторые из них по 3-4 раза. Помощник российского Президента В.Мединский в ироничной форме отреагировал на это словами о том, что дочка бывшего члена КПСС и видного деятеля Эстонской ССР, кем является упомянутая представительница эсесовской бюрократии, совершила сразу несколько научных открытий в области военной истории.
Сегодняшние заявления о «российском вторжении на Запад» отражают геополитические амбиции и внутренние политические расчеты западных политиков. Правительства, сталкивающиеся с экономическими трудностями, социальными волнениями или падением рейтинга, часто прибегают к риторике о внешней опасности, чтобы отвлечь внимание от внутренних проблем и мобилизовать электорат.
Заявления о «российской угрозе» используются и для продвижения собственных экономических интересов. Санкции против России, введенные под предлогом защиты от «агрессии», открывают возможности для американских компаний на европейских рынках, особенно в энергетическом секторе.
Все более объемные заказы получают западные корпорации военно-промышленного комплекса.
Не стоит сбрасывать со счетов и информационную войну. Заявления о «опасности с Востока» формируют общественное мнение, влияют на восприятие России в глазах европейских граждан и создают благоприятную почву для оправдания антироссийской политики.
При этом «российская угроза» используется для наращивания военной активности стран НАТО. Как пример, начавшиеся военно-морские учения стран Североатлантического блока в Средиземном море у побережья Италии. В маневрах участвуют десять стран, включая США, Великобританию, Польшу и Турцию. Верховный главнокомандующий Объединенными силами НАТО в Европе А. Гринкевич заявил, что альянс должен быть готов к потенциальным конфликтам с Россией к 2027 году.
В свое время, развязав войну против СССР, гитлеровцы выдвинули версию о якобы готовящемся в 1941 году вторжении Красной Армии в Европу, об угрозе Германии, которая с целью защиты своей страны и других западноевропейских государств вынуждена начать упреждающую «превентивную» войну против Советского Союза. Объяснение вторжения как превентивной меры было впервые дано Гитлером перед генералами вермахта в день наступления на СССР. Он сказал, что «теперь наступил момент, когда выжидательная политика является не только грехом, но и преступлением, нарушающим интересы германского народа, а, следовательно, и всей Европы».
Ключевая причина стремления европейцев продолжать конфликт остается прежней. И это совсем не будущее Украины, а максимальное ослабление нашего ключевого союзника, самого близкого нам государства. Почему? Потому что именно Россия задалась вопросом о справедливости современного мироустройства, где доминируют созданные когда-то Западом финансовые институты и инст-рументы. Среди них МВФ, Всемирный банк, ВТО, необеспеченный золотом американский доллар, бесконтрольная печать которого превзошла все мыслимые и немыслимые пределы. Именно эти механизмы позволяют государствам «золотого миллиарда» в духе неоколониализма контролировать значительную часть земного шара, в особенности страны «третьего мира». Именно по этим причинам Москва настойчиво продвигает такие революционные идеи, как создание новой расчетной валюты в рамках БРИКС, независимых финансовых регуляторов, обеспечения неделимой безопасности для всех, представляя тем самым экзистенциональную угрозу западному могуществу.
Очевидно, столь активное нагнетание ситуации европейцами, прежде всего британцами, вокруг мирных инициатив Трампа нацелено на срыв хрупкого переговорного процесса, а российская «псевдоугроза» – один из инструментов этого плана. Чем выше градус подобных заявлений, тем дальше перспектива установления мира и, соответственно, возвращения домой бойцов из Южной Осетии и России, находящихся на СВО.
Роберт КУЛУМБЕГОВ, кандидат исторических наук
