/Никто не оставил службу

Никто не оставил службу

Во время грузинской агрессии в августе 2008 года многие граждане нашей республики, позабыв о риске и прямой угрозе жизни и, несмотря на непрекращающийся обстрел города, действовали во имя интересов народа и государства в целом.

Героизм проявляли не только отдельные граждане, целые структуры и ведомства продолжали выполнять служебные обязанности, необходимость которых возросла. Силовые структуры республики сдерживали атаки грузинских оккупантов, нанося им на улицах Цхинвала серьезный урон, врачи Республиканской больницы под бомбежкой и обстрелами спасали раненых, работники предприятия хлебо-булочных изделий продолжали выпекать хлеб.

В этом хаосе не растерялись и пожарники Пожарно-спасательной части №1, которые после августовской агрессии перешли из подчинения МВД в МЧС, составив костяк нового ведомства. Пожарные расчеты в дни августовской агрессии, несмотря на риск, по первым вызовам выезжали на место возгорания и тушили пожары.

Мы встретились с одним из сотрудников ПСЧ-1 Цхинвала, командиром отделения 4-го караула Виталием Кокоевым, который в те тяжелые дни был в эпицентре событий и непосредственно принимал участие в тушении пожаров под интенсивными обстрелами.

Как вспоминает Виталий Кокоев, несмотря на строгий график, что подразумевает очередность дежурств, практически все пожарные расчеты и караулы части находились на службе с первых чисел августа.

«Я помню, в Цхинвал приехал ансамбль из Приднестровья в первых числах августа и как только артисты уехали, 7 августа начался обстрел сел Южной Осетии, — воспроизводит события тех дней Виталий Кокоев. — К нам поступил вызов из Хетагурово, там загорелся дом. Выехав на место, мы увидели, что от попадания грузинских снарядов один дом был разрушен, а второй начал гореть. Появились первые жертвы…»

Потушив огонь, пожарники вернулись в Цхинвал. Через какое-то время вновь поступил тревожный сигнал из Хетагурово — там снова загорелся дом. Видимо, грузинским артиллеристам и танкистам мирное Хетагурово показалось Брестской крепостью, и они еще до 8 августа сосредоточили усилия на разрушении села. Стоит отметить, что грузинская армия особо преуспела в разрушении жилых домов, детских садов, медицинских учреждений и учебных заведений, убийстве женщин, детей, стариков и мирного населения. И официальная Европа, куда стремится Грузия, должна призадуматься, нужна ли ей такая страна, которая борется за уничтожение образования, медицины и детства…

Практически весь личный состав ПСЧ-1 к ночи 8 августа был на службе. Вечером на пульт дежурного поступил звонок о возгорании в районе здания парламента.

«Мы первоначально думали, что горит парламент. Оказалось — горит крыша здания «Детского мира», которое расположено рядом. Когда вернулись назад в часть, спустя короткое время мы получили сигнал о пожаре в этом районе. Как и в первый раз, наш опытный водитель, Бестаев Эльбрус погасил фары автомобиля и мы в полной темноте добрались до здания парламента», — рассказывает Виталий Кокоев.

Пробравшись внутрь здания, крыша которого была охвачена огнем, пожарники не смогли проникнуть на чердак, все двери были закрыты. Да и в кромешной темноте с дымовой завесой трудно было определить — какая дверь ведет на чердак. Василий Цахилов из 4 караула, наконец, пробил одну из дверей и показалась лестница, по которой пожарники поднялись на чердак и приступили к работе.

«Мы быстро протянули все пожарные рукава, которые у нас были, и приступили к тушению пожара. Крыша здания — в три слоя, в перегородках между стенами — щепка. Потому огонь быстро распространялся. Однако мы первоначально не дали огню охватить все здание. Одна машина сменяла другую,     обеспечивая нас водой, и мы смогли переломить ситуацию, начали справляться с пламенем. Все это мы делали под обстрелами», — вспоминает Виталий Кокоев.

До 4 утра пожарники боролись с огнем, но так как было много вызовов по городу, пожарные машины уже не могли постоянно обеспечивать водой расчеты.

«В ожидании воды мы спустились вниз, стоять на чердаке без дела не имело смысла. И в этот момент огонь стал возвращать утраченные позиции, захватывая новые площади. И там мы увидели Анатолия Баранкевича, других военных из Минобороны республики. Баранкевич постоянно был на связи, видимо, с Москвой и командованием российских войск, и запрашивал помощь российской армии, уточняя координаты и другие необходимые детали.

К тому времени рассвело и в какой-то момент обстрел города поутих. Мы вышли на улицу и я ужаснулся от увиденной картины, от того, что случилось с городом — вырванные с корнем деревья, огромные ветки на земле, везде разрушения, дым…», — с переживанием говорит командир отделения.

Затем пожарники пробрались на территорию части, куда звонили со всех концов города — пылали дома. Однако пожарники не во всех ситуациях могли среагировать на вызовы. Уже шли уличные бои, а часть машин была на вызовах и с риском для жизни тушила пожары в частных домах и государственных зданиях.

В нескольких случаях пожарные машины натыкались на подразделения грузинских оккупантов, которые открывали огонь по красным автотранспортным средствам пожарников. В безвыходной ситуации пожарникам просто приходилось оставлять машины и спасаться. А у села Хетагурово пожарный расчет, столкнувшись с группой грузинских оккупантов, был вынужден маневрировать по полям и неровной местности, и в конечном итоге, благополучно избежав попаданий, вернулся в Цхинвал.

Как отмечает Виталий Кокоев, все пожарники, которые на тот момент находились на службе, показали себя с исключительной стороны.

«Мы делали все, что могли, и даже больше. Тушили дома, помогали людям. Когда не было воды, мы выезжали в район пекарни и там набирали воду, сразу же направляясь к месту нового пожара. Мы заезжали в такие опасные места, о которых даже сейчас страшно подумать. Любой из пожарников мог отказаться, потому что наши действия были на грани безумного риска. Но никто не оставил службу….», — закончил свой рассказ Виталий Кокоев.

Инал ПУХАЕВ