Бабушка Анна Кокоева развела руками, когда мы заговорили о празднике – дне влюбленных. Ее поколение до сих пор не принимает этот праздник. И дело тут не в религиозном аспекте, как часто трактуют некоторые СМИ, а в традициях и памяти народа. В осетинских семьях, за длинным столом, никогда не переводятся традиционные тосты – молитвы и сакральные три пирога.
«Наши нравы традиционно основывались на воздержании – æгъдау, были скорее даже суровы, — объясняет она. — Многие аспекты, связанные с семейными отношениями, были табуированы. Например, в день свадьбы жених даже не сидел с невестой рядом. Он уходил далеко и с возвышенности смотрел за собственной свадьбой. Вообще мужчине стыдно было проявлять свои чувства, как, впрочем, и женщине».
ИСТОРИЯ ПРАЗДНОВАНИЯ
История празднования Дня святого Валентина в России, а вместе с ней и в Осетии не ограничивается «приходом с Запада» в 1990-х. Она состоит из двух четко разделенных во времени волн популярности, между которыми были перерывы.
Задолго до СССР 14 февраля праздновали в среде дворянства, которое ориентировалось на европейскую моду. Это был утонченный светский обычай. Девушки делали изысканные «валентинки» из шелка и кружева, пропитанные духами, с живыми цветами. Их тайком подкладывали в карман пальто избранника или передавали с посыльным. Православная церковь не одобряла этот католический праздник, но на популярности в высшем свете это сказывалось мало. После революции 1917 года традиция была прервана и в советское время полностью исчезла.
Возвращение праздника произошло уже в наше время. После распада СССР праздник стал активно проникать в массовую культуру, его начала широко отмечать молодежь, следуя моде. Главными атрибутами стали не кружевные открытки ручной работы, а покупные «валентинки», десерты, игрушки и романтические вечеринки и застолья. В 2002 году издание «Utro.ru» писало, что сувениры к 14 февраля покупают в России не менее активно, чем к 8 Марта.
АЛЬТЕРНАТИВА И КРИТИКА
В 2008 году был учрежден официальный праздник — День семьи, любви и верности (8 июля). Он был создан на основе известного жития православных святых Петра и Февронии.
Однако, несмотря на критику и наличие собственной альтернативы, 14 февраля остается популярным поводом для признаний в любви, особенно среди молодежи.
А еще 14 февраля в Южной Осетии иронично называют «День влюбленного омоновца». И эта метафора неожиданно проецирует попытку «договориться» казалось бы несовместимых на первый взгляд мужества и хрупкости…
Между тем в Осетии до сих пор помнят историю Азау и Таймураза, рассказанную Сека Гадиевым. Известная история любви Азау и Таймураз – осетинских Ромео и Джульетты, могла бы стать основанием для альтернативной даты, ведь молодёжи в Осетии так не хватает позитивных праздничных дат. Это история не просто о любви. Это история о социальном сломе, о предательстве старших, о калыме, который оказался дороже клятвы, данной когда-то двумя семьями над колыбелями. Любовь Азау и Таймураза была настолько сильна, что смогла обмануть жестокие адаты, но не смогла победить человеческую жадность.
Зачем нам «чужой Валентин», если у нас есть свои герои, чья любовь была ярче и чище шекспировской?
День святого Валентина можно переименовать в День любви, заявила РИА Новости первый зампред комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Татьяна Буцкая.
«Важно не просто поменять название, а создать целый комплекс: и новое название, и символ — например, сердечки, плюшевые игрушки как знак доброты. Это должен быть день любви, признания, нежности. Мы вполне можем 14 февраля, не вспоминая Валентина с его неоднозначной историей, сделать праздником тех, для кого слова «любовь», «семья», «дети» — важнейшие в жизни. Это может быть «День любви» или «День плюшевой игрушки», — рассказала она. Важно не запрещать сам праздник, а предложить такой вариант, который приживется и станет народным.
Нелли Табуева, преподаватель ЮОГУ, считает, что «этот праздник настолько романтичный, что его нельзя отменять, запрещать, выносить какие-то постановления… Этот праздник очень красивый, очень нужный. Ну почему бы людям лишний раз не признаться друг другу в любви? Что в этом плохого? Валентинки это будут, цветы или засушенные лепестки, как раньше дарили… Не всё ли равно?
Почему вообще встал вопрос, что это «не наш» праздник? А что значит «не наш»? Новый год — он тоже когда-то был не наш, если с этой точки зрения подходить.
Мне не нравится, когда мы пытаемся отгородиться от всего, что есть в мире хорошего. Да, в нашей традиции нет такого дня — Дня влюблённых, Дня любви. Но что плохого в том, чтобы его перенять? Мне кажется, это даже хорошо. Он ведь не противоречит нашим традициям».
В Осетии сильны и православные традиции, и национальные обычаи. При этом очень много траурных и памятных дат в календаре, и то, что происходит 14 февраля, когда суровые парни, которые умеют держать оружие и смотреть смерти в лицо, несут подарки и готовят сюрпризы для своих подруг – это трогательно.
ВКУС НАСТОЯЩЕГО
На Кавказе семья — это не только романтика, но и долг, уважение к старшим и порой отсутствие выбора. Поэтому важно нам адаптировать праздник под себя: привнести в него градус суровой нежности, который не позволяет кричать о любви на каждом углу, но позволяет умереть за нее без дешевой театральности.
У нас за каждой датой тянется шлейф запрета, дыхание войны и вечный вопрос: как совместить волю старших и зов сердца?
А между тем, пока мы спорим о переименовании праздника, я вижу в окне, как цхинвальский парень дарит девушке цветы, краснея так, словно совершает что-то запретное… И в этом смущении — гораздо больше смысла, чем во всех пустых дебатах о «духовных скрепах» о важности идеологии и сохранения «æгъдау», потому что настоящая любовь в осетинской традиции всегда добывалась как золото глубоко и на грани жизни.
Залина ЦХОВРЕБОВА
