/«Необходимо усилить авторитет депутатского мандата», – Алан Алборов

«Необходимо усилить авторитет депутатского мандата», – Алан Алборов

Новый парламентский сезон начался в Южной Осетии со смены спикера. После досрочного прекращения полномочий председателя парламента Алана Тадтаева согласно его личному заявлению, депутаты большинством голосов избрали на эту должность Алана Алборова, возглавлявшего ранее парламентский Комитет по промышленности, строительству, транспорту, связи и природным ресурсам. Алан Алборов представляет в парламенте партию «Ныхас», возглавляемую президентом Аланом Гаглоевым. В интервью ИА «Рес» вновь избранный спикер рассказал, не грозит ли в связи с этим республике вновь единовластие и о развитии парламентаризма.

– Как доказано всей историей Республики Южная Осетия, сосредоточение всех ветвей власти «в руках» одной политической силы ведет к кризису – политическому, экономическому, правовому, нравственно-психологическому. Об этом говорила ваша партия «Ныхас», будучи в оппозиции, и говорил в период недавней выборной кампании лидер партии, нынешний президент. Как в этом контексте можно расценивать смену спикера?
– Я и сегодня подтверждаю: когда власть сосредоточена «в руках» одной политической силы — наше государство нормально развиваться не может, в силу особенностей истории республики, менталитета, традиций. Но, хотел бы уточнить: говоря об единовластии, имелась в виду политическая ситуация, когда «партия президента» была представлена в парламенте или абсолютным большинством депутатов, или достаточным для поддержки любых действий исполнительной власти количеством мандатов. Когда была возможность не прислушиваться к мнению остальных фракций, блокируя их инициативы, действия, и этой возможностью пользовались. Сегодня складывается совершенно иная ситуация. Да, спикером был избран член партии «Ныхас», лидером которой является президент, но избран без контролирующего большинства — у партии всего три мандата из 34, плюс бывший член нашей партии, в настоящее время — не фракционный депутат Давид Санакоев. Сами выборы спикера показали изменившуюся конструкцию. То есть, не большинство однопартийцев из «партии власти» избрало кого-то из своих рядов, «сами выдвинули, сами проголосовали». За спикера проголосовал 21 депутат из всех фракций, (включая, кстати и нескольких членов «Единой Осетии»), не фракционные парламентарии. При отсутствии контролирующего большинства не может быть «продавливания» всех решений исполнительной власти, которое имело место ранее, следовательно, ни о каком единовластии не может быть речи.
– И все же…Парламент помимо законотворчества наделен еще и функцией контроля за исполнительной властью. Когда парламент, спикер находятся в оппозиции к исполнительной власти — это благотворно сказывается на развитии республики. Контроль не формальный. Что происходит в противном случае — мы наблюдали. Вспомним только один пример — оппозиционные депутаты не смогли добиться итогов проверки российского казначейства. Мы снова в ситуации, когда спикер и президент-соратни-ки. Вам самому этот факт не будет мешать?
– Скорее – наоборот, как это не парадоксально звучит, исходя из Вашего вопроса и исторического опыта. Из которого был извлечен урок, смею Вас заверить. Как я уже говорил, «партия президента» в настоящее время не имеет контролирующего большинства в парламенте. Спикер не может единолично проводить какую-то политику, в органе, состоящем из народных избранников, представляющих разные политические силы и имеющих равное право голоса.
Если говорить о контролирующих функциях парламента и недавнем опыте, то имело место их искусственное ограничение, хотя они предусмотрены законом. Убежден в том, что, наоборот, контролирующие функции необходимо усилить, наполнив их реальным содержанием. Это нужно, прежде всего, исполнительной власти, нужно президенту, и в конечном счете – нужно республике. Я себя вижу проводником идей, действий законодательного органа. Если парламент не будет контролировать действия исполнительной власти для того, чтобы они проходили исключительно в правовом поле и прозрачно, итог будет таким же, какой мы наблюдали — проиграют все ветви власти и республика, чего нельзя допустить, с учетом той сложной ситуации, которая складывается и в республике, и в мире.
– Говоря о прозрачности действий и исполнительной и законодательной власти… Оппозиционные депутаты не раз поднимали вопрос тенденциозного освещения их деятельности. О происходящем в парламенте, о позиции каждого депутата, острых дискуссиях, порой баталиях жители республики узнавали из соцсетей по некачественным, обрывающимся записям, сделанными на телефон. Люди высказываются за открытость работы законодательного органа…
– Полностью поддерживаю это справедливое требование. Любой депутат должен иметь возможность довести до своих избирателей свою позицию, информировать их о своей работе. Необходимо изменить подход к информационному сопровождению работы парламента.
– Оппозиционный блок депутатов войдет в политическую историю республики. Люди из разных партий, одномандатники объединились и по сути удерживали республику от сползания к полному правовому нигилизму. Теперь ситуация изменилась – нет этой объединяющей идеи. У каждой партии, депутата-одномандатника — свои цели и амбиции. Выборы через два года. Удастся ли удержать консенсус? И какие уроки лично Вы, как теперь уже спикер, извлекли из опыта противостояния в парламенте последних двух лет?
– Необходимость слушать и слышать друг друга — то, чего не было со стороны исполнительной власти и проводников ее политики в парламенте. Необходимость помнить о том, что депутаты — народные избранники и отношение к каждому из них должно быть соответствующим. Что касается объединяющей идеи, которой больше нет, не согласен, она остается – это интересы республики и контроль за соблюдением законности, если говорить конкретно о функциях парламента. Отстаивать их нам приходилось разными формами, в том числе и вынужденно-радикальными. Надеюсь, что такие формы останутся в прошлом. Цель у нас одна — развитие республики. Мы оказались в совершенно иной реальности, совсем недавно власти можно было чувствовать себя расслабленно, особенно в первые два года, когда можно было пользоваться отлаженным уже к тому времени механизмом выполнения инвестиционной программы, не предлагая идей, алгоритмов развития республики в стратегическом плане. Сегодня в сложнейшем положении находится наш союзник — Россия. Стабильность в нашей республике, ее экономическое развитие, контроль за каждым рублем — это наш союзнический долг. Ситуация в мире меняется каждый день, она непредсказуема и необходимо отвечать на вызовы времени. Думаю, этот факт осознает каждый депутат. Что не исключает борьбы идей, взглядов – это нормально. Нормальными я считаю и политические амбиции, которые нельзя ограничивать искусственно, к чему это приводит — мы тоже видели.
– Острое противостояние оппозиционного блока и исполнительной власти с поддерживающим его парламентским большинством началось после убийства Инала Джабиева. Держите ли Вы на контроле это резонансное дело? И будете ли с той же настойчивостью добиваться его справедливого расследования? Или смена президента что-то изменила в вашем отношении?
– Ничего не изменила. Ни в моем, ни в отношении депутатов оппозиционного блока. Оппозиционный костяк действительно сложился в парламенте, когда произошла эта трагедия. Требование справедливого расследования объединило депутатов из разных политических сил. Сегодня ничего не изменилось, более того, я знаю, что и президент придерживается той же позиции — справедливое расследование гибели Инала Джабиева должно быть доведено до конца. Это «лакмусовая бумага» для всех ветвей власти, по которой народ определяет — чего стоит эта власть. Без восстановления справедливости в этом деле нельзя говорить не только о возвращении республики в рамки законности, нельзя говорить о категориях справедливости, морали вообще.
– Выступая в парламенте, президент Алан Гаглоев говорил о намерениях делегировать часть президентских полномочий парламенту. Об усилении парламента речь шла и во время выборов в парламент в 2019 году, этот вопрос поднимался вашей партией и во время президентской кампании 2022 года. О каких полномочиях идет речь? Можно ли ожидать передачи полномочий нынешнему парламенту и важный вопрос — Конституционный суд. Будете ли Вы добиваться его создания?
– Партия «Ныхас» поднимала вопрос перехода части полномочий от президента к парламенту еще во время выборов в закорган в 2019 году, и мы не отходим позиции «сдерживания и противовесов», как видим, и президент на первой же сессии дал понять депутатам, что он готов начать работать по этому вопросу.

И общество созрело для понимания, что часть полномочий главы государства необходимо передать парламенту, как и часть ответственности. Каким образом и в какой форме, какие функции будут передаваться на первом этапе — для решения этих вопросов должна заработать существующая при президенте Конституционная комиссия, в которую входят лидеры всех политических партий, представленных в парламенте, руководители всех парламентских служб, ведущие юристы республики. Комиссия должна разработать механизм передачи полномочий.
Что касается Конституционного суда, то он необходим, и не только как атрибут демократии в любой стране, если судить по мировой практике. Как показала наша история, бывают политические, правовые кризисы, которые может разрешить только Конституционный суд.
– Вы три года возглавляете парламентский комитет, знаете ситуацию в законодательном органе «изнутри». Чего не было сделано по объективным и субъективным обстоятельствам, и что может сделать парламент для установления той самой власти закона, о которой много говорилось, и придания импульса в развитии экономики. Имеется в виду и законотворчество и контрольные функции.
– А до этого я был председателем партии, имевшей представителей в парламенте предыдущего созыва и весь мой опыт говорит об одном — необходимо усилить влияние, авторитет парламента, авторитет депутатского мандата, чтобы все органы исполнительной власти относились к мандату с ответственностью. Если мы вернем авторитет парламента, доведем до всех органов исполнительной власти, что каждый депутатский запрос — это не только его личный запрос, он делегирован своими избирателями, мандат дан народом, это запрос народа — то ситуация начнет меняться. Только открытая совместная работа исполнительной и законодательной власти может вывести республику из кризиса. Законы у нас принимаются нормальные, Основной закон отвечает всем международным нормам, необходимо добиваться, чтобы законы заработали, чтобы их соблюдали.
– Алан Юрьевич, Ваше избрание было неоднозначно воспринято определенной категорией пользователей социальной сети, преимущественно, анонимных. Посыпались обвинения в коррумпированности в бытность главы администрации столицы…
– Это было ожидаемо и нормально – политическая борьба, любой, кто рискует войти в политику, должен быть готов к подобному. Что касается «обвинений», партия «Ныхас», ее лидеры оказались в эпицентре политической борьбы еще в период выборной кампании в парламент 2019 года. Правоохранительные и надзорные органы проводили тщательную и «мотивированную» проверку моей работы не только в должности главы администрации Цхинвала, но и на предыдущей — заместителя главы администрации Ленингорского района. Начиная с 2020 года, когда борьба достигла накала, компромат искали уже на всех депутатов оппозиционного блока в парламенте. Были даже открыты уголовные дела. Как Вы думаете, если бы был какой-то повод, какая-то зацепка — этим бы не воспользовались, если не для уголовного преследования, то хотя бы для обнародования? Не нашли. У правоохранительных органов ни в Южной Осетии, ни в любой другой стране ко мне нет вопросов, что подтверждено документально. В противном случае, я бы не рискнул включиться в политическую борьбу, осознавая свою ответственность и перед соратниками, и перед республикой.
ИА «Рес»