/Крым: объективная реальность и бесперспективные иллюзии Киева

Крым: объективная реальность и бесперспективные иллюзии Киева

На Западе с усердием достойным лучшего применения постоянно поднимают проблему обретения Крыма в российском политическом и культурном пространстве. Но для крымчан этой проблемы не существует – Республика Крым и город федерального значения Севастополь благополучно интегрированы в состав России. Сегодня Крым — пример динамично развивающегося российского региона не в пример депрессивному прошлому полуострова в составе Украины.

Фантомные боли Киева
Возможно, что именно факт, что Крым стал успешным примером структурной интеграции в российское политическое, экономическое и культурное пространство, не дает покоя Киеву и его западным покровителям. В свете этого понятны стенания коллективного Запада о судьбе крымчан.
В ситуации с Крымом, как, впрочем, и в отношении Южной Осетии и Абхазии, мы наблюдаем деструктивную позицию западных правительств, придерживающихся двойных стандартов. На этот факт, в частности, указал глава МИД России С. Лавров, выступая 27 сентября на 76-й сессии Генассамблеи ООН, глава МИД РФ еще раз указал на эту двойственность.
«Порядок, основанный на правилах», базируется на двойных стандартах. Когда это выгодно Западу — право народов на самоопределение возводится в абсолют. И тогда в нарушение резолюции Совета Безопасности и без всяких референдумов признают в качестве независимого государства искусственно созданное образование Косово. Когда же право на самоопределение противоречит геополитическим интересам Запада – как в случае свободного волеизъявления жителей Крыма на референдуме о воссоединении с Россией в 2014 г. – про него забывают, а за реализацию этого права вводят противозаконные санкции. Причина проста: крымчане ведь спасались от ультрарадикалов, совершивших госпереворот на Украине поддержанный Западом. То есть к власти в Киеве пришли «свои», а их — по западным правилам — надо брать под защиту и выгораживать», — был категоричен Лавров.
Жители Крыма реализовали право на самоопределение посредством мирного и свободного голосования, соответствующего международным стандартам. Но разве мнение простого народа когда-нибудь волновало киевские власти?! Водная блокада Крыма и организация диверсий, вооруженная агрессия заменяют официальному Киеву стремление к мирному сосуществованию в регионе.
Даже политические акции, инициированные Киевом с привлечением международных акторов — лишь содержание политической комедии киевских властей. Как пример, политический перфоманс под претензиционным названием «Крымская платформа». Этот междусобойчик прошел в Киеве 23 августа накануне Дня независимости и собрал значительное количество зарубежных представителей. Но это был тот случай, когда количество не соответствовало ожидаемому качеству. Руководители ведущих западных стран прислали вместо себя заместителей и помощников, не посчитав себя вправе участвовать в мероприятии. Как пример, канцлер Германии Меркель, находившаяся с официальным визитом на Украине за день до саммита. Она убыла из страны, предпочтя лично не дискредитировать себя участием в политической постановке «Много шума из ничего».
Мы неспроста сравнили саммит в Киеве с пьесой Шекспира. Действительно, на саммите было много лозунгов и заявлений, стандартные клише: «оккупация», «аннексия», «Россия — страна агрессор», «притеснение нацменьшинств» и т.д. Весь этот набор славословий повторяется из года в год.
А что в итоге?! В Киеве понимают — надежды на «возвращение» Крыма в состав Украины иллюзорны и остается только привлекать к себе внимание Запада в надежде на финансовые вливания за антироссийскую риторику. Тут непроизвольно напрашиваются аналогии с фантазиями известного литературного героя Остапа Бендера, бросавшегося лозунгом: «Запад нам поможет!», и на этом фоне успешно обиравшего наивную публику.

Киевское прошлое и российское настоящее
Непонятно, на что надеются власти Киева и их западные покровители. Ведь нет ничего, что заставит крымчан испытывать ностальгию по «украинской эпохе» в истории полуострова. Вот уж действительно настало время вспомнить все и сравнить прошлое с днем сегодняшним. Прежде отметим, в составе Украины социально-экономическое развитие региона не носило системный характер. Это определялось, прежде всего, внутриукраинской политической конъюнктурой. Преобладали негативные тенденции в экономике и финансах, по остаточному принципу финансировались культура и образование, были серьезны противоречия в межэтническом диалоге. Важный показатель экономики — среднегодовой рост валового национального продукта. В период предшествовавший вхождению региона в состав России этот показатель был в четыре раза (!) меньше, чем в среднем по российским регионам.
В августе 2014 г. Правитель-ство РФ приняло спецпрограмму социально-экономического развития Крыма, рассчитанную до 2025 г. Она предусматривает интеграцию экономики Крыма в российское экономическое пространство; повышение энергобезопасности; развитие транспортного сообщения и инженерной инфраструктуры; поднятие уровня жизни людей; обеспечение межнационального и межконфессионального согласия.
Показатели экономики Крыма «выравниваются» с среднероссийскими, темпы роста одни из самых высоких в РФ. Положительная динамика наблюдается почти во всех основных секторах крымской экономики.
Выросли реальные зарплаты бюджетников, пенсии и пособия, размер выплат приблизился к общероссийским. Рынок потребительских товаров насыщен продовольствием в необходимом количестве и ассортименте.
Реализуются крупные проекты в энергетической и транспортной инфраструктуре, заметно увеличились объемы промышленного строительства. В Крыму действует госпрограмма обеспечения населения доступным жильем и коммунальными услугами. За период нахождения в составе России промышленное производство Крыма выросло почти вдвое, в Севастополе — в 2,5 раз. Для мотивации предпринимательской активности в Крыму образована Свободная экономическая зона, зарегистрировано 1704 хозяйствующих субъекта, обеспечивающих работой более 60 тыс. человек.
Удалось преодолеть последствия энергетической блокады, устроенной киевскими властями. Через Керченский пролив с материковой России проложены энергокабели и парный магистральный газопровод, посредством которого электроэнергию генерируют крымские ТЭС. Сегодня в регионе электричество производится больше необходимого минимума.
За период нахождения Крыма в составе России отремонтировано более тысячи км дорог, проложены новые транспортные магистрали. Примером реализации смелых инженерных решений стал Крымский мост, соединивший в себе автомобильный и железнодорожный путепроводы.
В российском Крыму, в отличие от «украинского» периода, на законодательном уровне закреплена линия на соблюдения языкового равенства и разнообразия. Этнические украинцы и крымские татары наряду с русскими представлены в органах государственной власти.
Много делается для сохранения согласия между национальностями полуострова — реализуется государственная программа «Республика Крым – территория межнационального диалога». Межэтническая стабильность отражается на гармонии в религиозной сфере. В регионе функционирует 800 религиозных общин, представляющих разные вероисповедания.
Общие политические лекала Киева и Тбилиси
Говоря о Крыме, непроизвольно напрашиваются аналогии с Южной Осетией. Как и в случае с Крымом, толчком к тектоническим изменениям в регионе послужил приход к власти в Грузии националистических сил. Народу Южной Осетии оказалось не по пути с оголтелым грузинским фашизмом. Южные осетины, как и крымчане, выразили волю на народном плебисците, в РЮО это было в 1992 и 2006 г.
Все прошедшие годы Грузия проводила в отношении народа юга Осетии политику экономического давления, организовывала транспортную и энергетическую блокаду, устраивала перманентные вооруженные агрессии.
С помощью России эти проблемы удалось нивелировать, но Грузия не оставляет попыток влиять на экономическую ситуацию в регионе. И, кажется, Киев прямо списывает свои противоправные действия с Тбилиси.
В Крыму есть проблема, не решенная кардинально — обеспечение полуострова водой. В 2014 г. украинские власти перекрыли Северо-Крымский канал, устроив региону водную блокаду. Люди лишились возможности доступа к питьевой воде и санитарным услугам. Серьезный урон нанесен сельскому хозяйству, использовавшему воду для орошения.
С 90-х годов прошлого века в водной блокаде находится и Ленингорский район Южной Осетии. Этот район всегда славился сельским хозяйством, но отсутствие воды для орошения сделало занятие сельским хозяйством сложным. Тирипонский канал, по которому для ленингорских полей поступала живительная влага, перекрыт.
Водную блокаду Крыма и Ленингорского района необходимо рассматривать не только в контексте экономики, но и в гуманитарном аспекте – как прямое нарушение прав человека. Здесь есть и политический подтекст: перекрыв воду, консолидированные киевские и тбилисские власти фактически наказывают Крым и Южную Осетию за стремление к свободе.
Сегодня в Киеве должны осознать, воля народа – вот главное, что определяет его судьбу. И народ Крыма эту волю продемонстрировал 16 марта 2016 г. получив посредством самоопределения право на возвращение в Россию. Любые дискуссии вокруг вхождения Крыма и Севастополя в состав Российской Федерации бесполезны и бесперспективны и являются лишь сотрясением воздуха. Все должны понять — Крым окончательно бросил якорь в родной российской гавани.
Р. КУЛУМБЕГОВ