/Хсар Джигкаев о культуртрегерах, «культурной» империи и мелких хлопках

Хсар Джигкаев о культуртрегерах, «культурной» империи и мелких хлопках

В Южной Осетии есть плеяда людей, без которых трудно представить ее новейшую историю. Благодаря неординарности, недюжинным талантам и смелости всегда отстаивать свою позицию, они внесли революционный вклад в развитие самых разных сфер. Более того, неоценимы их заслуги и в создание государственности Южной Осетии. Один из них — герой нашего сегодняшнего интервью Хсар Иванович ДЖИГКАЕВ. Основатель осетинской рок-культуры, один из основателей легендарного ансамбля «Бонварон», человек, принявший самое активное участие в создание движения «Адæмон ныхас», депутат первого созыва Верховного Совета РЮО — список достижений Хсара Джигкаева можно продолжать бесконечно. В интервью газете «ЮО» Маэстро поделился мнением о состоянии сферы культуры Южной Осетии и перспективах ее развития.

— Хсар Иванович, созданные Вами несколько десятилетий назад творческие коллективы стали знаковым явлением в музыкальной культуре Осетии, оказавшим влияние на несколько поколений. Возможно в сегодняшних условиях повторение того феномена, каковым стали ансамбли «Бонваерон», «Мемориал», «Пиковая дама» и др?
— Если кратко — нет никакого повторения. Но надо объясниться, чтобы не выглядело зазнайством. Судить надо по вашим словам о «влиянии на несколько поколений»! В то время не было материальных условий и свобод, даже близко напоминающих нынешние. Не было никакой о нас «пропаганды» в СМИ. Ничего, кроме выступлений и народной молвы. Тогдашние власти Южной Осетии не оставили никаких материальных следов нашего в ней пребывания! Ни одной документальной ленты. А «память в нескольких поколениях» — это как раз указатель силы влияния нашего искусства на осетин! Сегодня можно пихать коллективы во «фсе» информационные щели страны и никакие поколения не смогут это донести до ближайшей остановки…! В культурном плане «Бонварон» народный ансамбль. История с «Мемориалом» и пр. – это отдельная тема культурных преступлений чиновников…

— В одном из постов на своей странице в ФБ Вы отмечали, что в свое время рок стал для осетинской молодежи советского периода некоей философией, музыкой интеллектуалов. Какой жанр или направление музыкального искусства могут сейчас сыграть такую же роль? Кстати, может ли сегодня «Зармон» стать доминирующим в музыкальном мире Осетии?

— Музыка эпохи интеллектуалов закончилась с той эпохой. Сегодня с жанрами, как с половой принадлежностью — трудно разобраться, что и как… «Зармон» — это хорошее искусство добровольных «идиотов», которые делали дело, не оглядываясь ни на кого, не жалуясь ни на что, ни от кого ничего не ожидая. Но ничто в этом мире, тем более, в мире искусства не заканчивается так быстро, как хорошее… «Зармон», как старый рояль, уже более 30 лет пылится на открытых пространствах в обеих осетинских «странах» и никому нет дела. Даже тем, кто обязаны сами пестовать такие явления национального масштаба. Не говоря о невероятной скупости осетинского бизнеса в этих делах… А ведь «Зармон» на деле — выдающееся явление культуры, которое дало формат и высокий гражданский уровень осетинской «городской песни»! «Зармон» спас осетинскую песню и, в целом, жанр от попсового «ля-ля», при этом ни капли не уронив мелодичность песен! В России, например попса не осилила социальные тексты. Потому, там стали «петь» РЭП. Осетинские исполнители стали петь лучшие произведения осетинской поэзии! Классиков! Это гораздо сложней, чем «два притопа». И гораздо почетней! Мы, если не остановили деградацию языка, то хотя бы придали ей престиж в жанре. Новые исполнители поют чудесные тексты! Эта задача, собственно, была заложена в период «Адамон нихаси», когда мы проектировали «Зармон». Автор-ство названия доктора Чочиева. Но осетинские управители не нашли ума, чтобы понять ценность явления! «Хца най» (денег нет) — старое проклятие, которое наши культуртрегеры спускают на культуру и искусство, как собак на воров — чтобы бежали и больше не показывались, не мешали спокойно жить. Оттого не блещем.

— Сейчас много говорится об уровне музыкальных передач и предпочтениях подрастающего поколения, которые чаще всего, трудно отнести к разряду качественной музыки, то есть, сегодня в приоритете, эрзацы музыкальной культуры. Как и чем победить низкопробную попсу в головах молодежи? Можно ли повысить музыкальную культуру современного югоосетинского общества, и что для этого требуется?

— Согласен, воцарение «эрзаца» — тяжелый недуг. Как победить? Но в этом мире человеку невозможно ничего победить без труда. Масштаб побед в культуре зависит от двух простых вещей — от количества затраченного труда и от количества потраченных денег. О талантах не будем… Талантами задачи культурного воспитания нации не решить – их везде мало! Там, где нет затрат на воспитание, где нет серьезного отбора, там «в головах молодежи» есть «фсе», кроме культурных традиций. У нас затрат и отбора нет. В наших «бесчисленных» осетинских республиках отношение к труду, как к занятию слабоумных… Лучше считать деньги, прежде сочинив, где и как их стырить. Утрирую, немножко… Но культурная деятельность, почти хобби… На уровне хобби в Южной Осетии проявляются и будут проявляться таланты… Беда в том, что на уровне хобби они у нас и загасают… если им не удается выехать туда, где жанры искусства — часть экономической деятельности! Да, есть чудесные творческие имена. Особенно в песенном жанре. Это и есть наследие «Бонварон»

– высокий авторитет в обществе осетинского песенного искусства. Но песни и танцы в Осетиях не являются профессиями, обеспечивающими человеку достаточные средства на жизнь! Повторю, культура страны — это тоже «промышленность», но духовная! Это система поддержки людей, жаждущих искусства! Это система отбора лучших, экономическое сопровождение их развития. Надо ли объяснять, что это значит и какой это труд? Это если мы говорим о национальной культуре, а не о «тик-токах», где количество не переходит в качество! Спрашиваете, «можно ли повысить музыкальную культуру, и что для этого требуется?» — можно. Что и как — долго рассказывать. Но только не путем утверждения в культуре ресторанного «репертуара» и банкетного восприятия искусства. Республика содержит какие-то коллективы. Но нет долгосрочных программ. И само музыкальное сообщество у нас никакое. Нет организованности, их мнение никого не интересует. А чаще, мнения и не бывает.

— Способен ли музыкальный мир Осетии, и сфера культуры в целом, выдавать качественный продукт с национальным колоритом, способный выдержать конкуренцию на международном уровне? Что мешает продвигать свои культурные бренды с использованием возможностей, которые предоставляют современные технологии?

— Во-первых, «музыкального мира Осетии» нет, как нет самой Осетии! Есть две «пардонные» части одного народа, у каждой свои «колоры». Что неплохо с формальной точки зрения. Но реально — это разные сосуды, и в каждом своя муть и свой «изюм». Но это не единая культурная политика народа. Выше я сказал об этом. «Продвигать бренды»? Чтобы конкурировать на международном уровне, надо этот уровень понимать — сколько он стоит, какими технологиями его достичь. Это системные программы. Вы думаете известные оперные и дирижерские таланты — итог трудов осетинских государств? Нет. У нас, скорее, кладбище талантов, которым не удалось выбраться на рынок труда из наших культурных ущелий. Но не буду расстраивать ваших читателей… Шанс исправить положение есть «фсегда».

— За последние годы много говорится о возрождении осетинских музыкальных традиций, популяризации аутентичной музыки. В каком формате Вам видится этот процесс? Что мешает проявлению массового интереса к этому направлению – отсутствие шедевров, способных поразить публику или нехватка денег на раскрутку исполнителей и творческих коллективов?
— Про «много говорится» мне не очень известно. Хотя, поговорить мы мастера… Десять национальных съездов только и делали, что говорили о проблемах духовного и культурного воспитания, зарекались что-то делать. На этом миссия поговорить заканчивается. А дел нет даже в «утробе»… Никто ничего не «оплодотворил»! Как были бесплодными наши институты культуры, так и остаются. Уже третье десятилетие свободного существования осетинских республик в условиях рынка — доделываем и донашиваем остатки старого наследия. 30 лет трагедии народа. И ни одной драмы на тему, ни единой постановки… Аутентичность? Печальная судьба коллектива «Кона» ясно об это говорит. И не только его…

— В начале 90-х Вы занимали пост главы комитета Верховного Совета РЮО по культуре, религии, образованию и СМИ. В чем отличие сегодняшних реалий от задач, которые тогда стояли перед культурой и искусством Южной Осетии? По каким направлениям национальная культура и искусство смогли шагнуть вперед за прошедшие 30 лет, а по каким наблюдается регресс?

— Спасибо, что вспомнили про «комитет»… Считал важным выдержать хаос, свободу и безденежье 90-х. Это едкое сочетание, быстро разъедающее культуру. Комитету без бюджетных сред-ств, одними словечками культуру не поднять. Напомню, СМИ, культура, образование — это «чисто» бюджетные системы. Бюджет был нулевой. Но мы, при поддержке исполнительных органов, в частности, при помощи Резо Хугаева открыли творческим коллективам двери прежних залов партийных заседаний и пр. пр. Помогли, таким образом, художественным руководителям поддержать дисциплину в коллективах в самый разгромный период конфликта. Что за 30 лет изменилось в культуре? Количество денег! Я очень приблизительно знаю затраты за последние десятилетия… Можно было построить культурную империю. Устроить потрясающий «взрыв»! К сожалению, не устроили. Есть только мелкие хлопки, с беспредметными концертами на площадях. У нас это называется «халтурой». Из историчного можно упомянуть проведение 4 рок-фестов, первых в истории «фсех» «осетий», носивших скромный, но «фсе» же международный статус.

Конкурсы и фестивали, за редким исключением, на уровне школьных утренников. Недавно провели, правда, неплохие конкурсы песни. Но запросы государства слабенькие. А они состоят из государственных расходов на обустройство профессиональных аудио-видео студий, бюджетной поддержки эстрадных конкурсов, стимулирование спонсорства. Это и полная включенность государственных СМИ в пропаганду жанра, ее успехов… Нет профессиональных культурологов, искус-ствоведов, журнала… На юге нет филармонии, не можем воспитывать кадры для серьезного эстрадного искусства. Георгий Николаевич Гучмазов чуть не каждый квартал выпускает отличные детские коллективы, и они разбегаются, как только заканчивают школы. А задача филармонии — обеспечение работой людей, которые «живут» музыкой, в прямом и переносном смысле… Прогресс и регресс? Это братья близнецы. Они у нас сцепились плотно, не дают сдвинуться. Мы как сидели на частных достижениях отдельных талантов, так и сидим. Никто не назовет успехи осетинских государств в области культуры, как вы сказали, «международного уровня»… Без нации это почти невозможно. А нации пока нет… Увы. А так, «фсе» хорошо. И раз мы с вами о проблемах говорим, есть и надежда на прогресс. Чего нам, вам и вашей редакции желаю… хдд.

Алла ГЕРГАУЛОВА