/Миссия хранить мир

Миссия хранить мир

В Южной Осетии по сложившейся традиции отмечают 28-ю годовщину ввода миротворческих сил
на территорию республики, вспоминая заслуги российских миротворцев, остановивших грузинскую
агрессию в июле 1992 года.

Этому событию предшествовала трехлетняя неравная война Южной Осетии за свою свободу и независимость против грузинского неофашизма. К июлю 1992 года от 117 осетинских сел остались только пепелища. Большие разрушения были в городе Цхинвале и других населенных пунктах республики. Грузинские агрессоры, осуществляя очередной геноцид Южной Осетии, совершили чудовищные преступления. В летописи геноцида навсегда останутся Зарская и Ередская трагедии, массовые убийс-тва по этническому признаку и другие зверства. Однако, несмотря на потери и колоссальное превосходство в силах со стороны грузинских вооруженных формирований, югоосетинским силам самообороны удалось отстоять столицу республики и основные населенные пункты.
Неприкрытая попытка геноцида осетинского народа вызвала возмущение общественности Российской Федерации. Особо следует отметить и роль Северной Осетии, где к тому времени ситуация дошла до массовых митингов с требованиями немедленного прекращения кровопролития в Южной Осетии.
Все эти факторы повлияли на дальнейший ход событий. В первой половине июня 1992 года комиссия Верховного Совета РФ после изучения ситуации предложила Совету Безопасности России принять меры по прекращению огня и предупредить Грузию о возможных последствиях.
Таким образом, Дагомысские, или же Сочинские соглашения, подписанные 24 июня 1992 года, стали прямым следствием героической борьбы осетинского народа и поддержки со стороны патриотических сил в России. Четырехсторонние переговоры между Россией, Грузией, Северной и Южной Осетией привели к подписанию соглашения «О принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта». В соответствии с ним в Южную Осетию вводились трехсторонние миротворческие силы. Однако, несмотря на подписанное 24 июня соглашение, грузинские войска продолжали боевые действия против Южной Осетии.
Как позже вспоминал Сергей Шойгу, которому довелось принять самое активное участие в прекращении кровопролития, Шеварднадзе упорно твердил, что это не грузинские войска ведут обстрел мирных жителей, а некие неконтролируемые формирования. Сергей Шойгу к тому времени успел уже провести операцию по ликвидации последствий землетрясения в Дзауском районе весной 1991 года и затем занимался оказанием гуманитарной помощи Республике Южная Осетия. Ввод миротворческих сил стал для населения республики настоящим праздником, несмотря на сохраняющуюся опасность от снайперского огня, люди собрались на улицах, встречая с цветами и со слезами радости российских миротворцев. С 14 июля 1992 года слово «миротворец» вошло в лексикон жителей РЮО, став синонимом мира и безопасности.
Уникальная операция
Миротворческая операция в зоне грузино-осетинского конфликта, согласно классификации ООН, началась с третьего этапа установления мира, предусматривающей проведение решительных мер при условии соглашения между сторонами о прекращении огня и других враждебных действий, до направления в зону конфликта миротворческих сил. Деятельность Смешанных сил по поддержанию мира (ССПМ) регулировалась Смешанной контрольной комиссией.
Миротворческий контингент состоял из трех мотострелковых батальонов от России, Грузии и Северной Осетии. Батальоном от РСО-Алания командовал генерал-лейтенант Суанов, российским – генерал-полковник Филатов, и грузинским – генерал-майор Георгадзе. В это же время был определён и состав Смешанной Контрольной комиссии (СКК), в который вошли: от Российской Федерации – Сергей Шойгу, занимавший тогда должность председателя Государственного комитета РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, от Республики Северная Осетия – глава правительства Сергей Хетагуров, от Грузии – премьер-министр Тенгиз Сигуа, от Республики Южная Осетия – Олег Тезиев, также возглавлявший правительство. Три мотострелковых батальона миротворцев от каждой стороны контролировали территорию по фронту до 90 км, в глубину до 40 км. Общая площадь зоны ответственности ССПМ составляла 1736 кв. км, на которой проживало около 100 тысяч человек.
Первоначально ССПМ выполняли и правоохранительные функции, но затем эти задачи с них были сняты. В ведении СКК также находилось проведение переговоров между сторонами.
Более 10 лет миротворческая операция в Южной Осетии считалась самой успешной среди операций подобного рода, ее в один голос называли уникальной, не имеющей аналогов. Такая позитивная картина продолжалась вплоть до прихода к власти режима Саакашвили, главной целью которого стало выполнение геополитического заказа по вытеснению России из сферы ее влияния на Кавказе. В сложившейся ситуации российские миротворцы оказались препятствием на пути реализации реваншистских планов грузинской политической элиты. В связи с этим с первых месяцев 2004 года в грузинских СМИ нарастает волна обвинений и оскорблений в адрес российских миротворцев.
Власти Грузии использовали все доступные трибуны для озвучивания своих требований по выводу российских миротворцев, предлагая заменить их на международные полицейские силы.
Военные преступления против миротворцев остаются безнаказанными
Информационная кампания против миротворцев была не просто элементом антироссийской риторики. Она преследовала цель подготовить общественное мнение других стран к предстоящей военной акции против российского миротворческого контингента, что и произошло в августе 2008 года, когда грузинские войска нанесли удар по Верхнему городку на южной окраине Цхинвала, где дислоцировался российский батальон ССПМ.
Непосредственно, перед началом агрессии грузинская часть ССПМ во главе с Мамукой Курашвили покинула расположение штаба миротворцев в Цхинвале, не предупредив своих российских и осетинских коллег о готовящемся нападении.
После этого Курашвили со своими офицерами принял активное участие в атаке на Цхинвал, не забыв позвонить командующему смешанными миротворческими силами генералу Марату Кулахметову и сообщить о том, что Грузия начинает военную операцию по «наведению конституционного порядка». Позже, когда блицкриг провалился и Грузия при поддержке Запада начала информационную кампанию по обвинению России в «агрессии» и «оккупации», об этом и других заявлениях в Тбилиси предпочли забыть.
В августе 2008 года российские и осетинские миротворцы столкнулись с редким по своему цинизму вероломством со стороны коллег по миротворческой операции.
Точно так же не найти и другого примера такого варварского нападения на российских миротворцев с последовавшими массовыми жертвами из их числа. Однако подобное неприкрытое военное преступление осталось безнаказанным благодаря политике «двойных стандартов» со стороны западных стран и международных организаций, которые по сей день с регулярностью маятника делают заявления о выводе российских войск из «оккупированных территорий», ни разу не потребовав от Грузии привлечения к ответственности тех, кто стоял за атакой на российских миротворцев и мирное население Южной Осетии.
Россия остается гарантом мира
После признания независимости Южной Осетии со стороны России и подписания базового Договора о дружбе и взаимопомощи, в соответствии с которым на территории Южной Осетии для обеспечения ее безопасности разместилась 4-я российская база, надобность в миротворческих силах как таковых отпала. 8 октября 2008 года было официально заявлено о прекращении деятельности ССПМ в зоне грузино-осетинс-кого конфликта. Формально это означало прекращение миротворческой операции, однако миротворческая миссия России на Кавказе, как и на всем постсоветском пространстве, продолжается до сих пор. Более того, за последние годы к списку стран, которым удалось избежать потери суверенитета, а то и полного уничтожения благодаря помощи Российской Федерации, прибавились Сирия и Венесуэла.
На сегодняшний день российское военное присутствие во многих регионах мира, включая Южную Осетию, Абхазию и Арме-нию, является серьезной сдерживающей силой для потенциальных агрессоров в условиях новых попыток нарушить баланс сил. За последние годы активность Соединенных Штатов в Черноморско-Кавказском регионе, опирающаяся на реваншистскую политику грузинских и украинских властей, создала предпосылки для очередного витка напряженности, чреватой военными авантюрами.
На югоосетинском направлении эти процессы вылились в череду опасных провокаций, начиная с лета 2019 года. Как показал последний инцидент на границе, когда житель Грузии, нарушивший границу, открыл стрельбу по пограничникам, политика грузинских властей и их западных покровителей увеличивает риск вооруженных столкновений.
В складывающейся ситуации только фактор России с ее взвешенной внешней политикой и военным потенциалом позволяет сохранять мир и стабильность.
А. ТЕДЕЕВ